Звук был не похож ни на что, слышанное им до этого: шорох миллиарда листьев, как предупреждение готовой к броску гремучей змеи, поскрипывание веток над головой в сочетании с резким треском, когда могучие вековые деревья теряли конечности, и рев ветра, прорывающегося сквозь деревья, как огромные волны, разбивающиеся о скалы.
— Элоиза?! — услышал он крик Винтера неподалеку впереди. — Элоиза, где вы?! — В агонии Чеймберс похромал на звук. — Элоиза?!.. Элоиза?!
Но затем, хотя Чеймберс был уверен, что догонял своего напарника, он перестал слышать зов.
— Винтер?! — опять крикнул он, не получая ответа.
Игнорируя боль, он вслепую побежал по затопленному лесу с нарастающим дурным предчувствием, когда узнал окружающие его деревья: живые, посреди мертвого леса.
Он пробрался сквозь деревья на маленькую поляну, дополненную полноводным ручьем, достойным речного бога, где Винтер стоял на коленях в грязи.
— Винтер? — позвал Чеймберс, но не получил ответа.
— …Винтер.
Медленно приблизившись, Чеймберс посмотрел на участок потревоженных листьев перед его другом, теперь понимая причину его молчания.
— О господи, — прошептал он, хромая к двум телам, удерживаемым против бури сложной металлической рамой: Роберт Коутс, все еще добивающийся свою любимую даже в смерти, обнимающий левой рукой обнаженное тело Элоизы, отвернувшейся от него в последний раз.
Чеймберс мягко приложил пальцы к ее шее… И температура ее тела сказала ему все, что нужно было знать. Он оглянулся на Винтера, желая сказать ему что-то успокаивающее, но ничего не приходило на ум.
Повернувшись к безжизненному телу Коутса, он провел такую же проверку, приложив кончики двух пальцев к его шее…
Чеймберс испуганно отдернул руку, и его охватило отчетливое ощущение дежавю: как он забирался по заледенелой лестнице к замерзшему «Мыслителю» столько лет назад, как увидел взгляд неподвижного мужчины, нервирующе наблюдавшего за каждым его движением, как его слабое дыхание постепенно участилось.
— Винтер! — крикнул Чеймберс, не прерывая зрительного контакта с живой статуей. — Вы мне нужны! Сейчас же!
Винтер нетвердо поднялся на ноги. Сознательно избегая смотреть на Элоизу, он подошел к Чеймберсу, доставшему из внутреннего кармана маленькую металлическую коробочку, в которой обнаружились тонкая ампула, шприц и несколько игл.
— Что это? — спросил его Винтер надломившимся голосом.
— Антидот. Я попросил Сайкса его сделать.
Мгновенно округлившимися глазами Винтер посмотрел на Элоизу.
— Не для нее, — грустно сказал Чеймберс. — …Для него.
Когда Винтер медленно повернулся к Коутсу, Чеймберс даже не узнал своего друга, чье лицо исказилось от всей ярости, боли и власти, которую он имел над жизнью другого человека. — Он еще жив, — объяснил он, передавая ему коробку и отступая. — Вам решать.