Пум! И выросла из-под земли принцесса Маайша — стоит, глазами хлопает.
Не сразу и поняла, что случилось. Зато воевода как сразу понял, так и вскочил, и схватил принцессу за руку, к себе потянул…
— Э-э-э, то суженая моя… — вяло возразил Люгоша, пытаясь унять буйную голову. Город вокруг с чего-то кружиться начал. — Э, да что ж такое…
— Берегись, любимый, тебя отравить замыслили! — воскликнула принцесса, на его трепыхания глядя.
— Ах, они!.. — тряхнул кулаком Люгоша. — Властью пестрого фазана, пусть отрава из меня в отравителя перейдет!
И прояснилось сразу перед глазами. Зато воевода аж зашатался, да принцессу отпустил, да за горло схватился. А другой рукой-то к кармашку потянулся, где микстуру держал, зелье снотворное отвращающую.
Не свезло ему, что Люгоша вина-то не пил. Вкус у зелья терпкий очень, его лучше всего с крепкими напитками давать. А в грушевый взвар пришлось по капельке капать, иначе Люгоша нос бы сразу отворотил.
— Э-э, ты что ж, воевода… — недобро глянул на него лодырь. — Властью пестрого фазана, пусть воевода лопнет!
Даже слова бедняга вымолвить не успел. Раздулся изнутри в одно мгновение — и лопнул, точно пузырь, кровью все вокруг забрызгал. А Люгоша глянул на это и ахнул горестно:
— Да что ж я наделал-то… — пробормотал он. — Все шанежки теперь в кишках…
— Бежать нам надо, любимый! — схватила его за руку принцесса. — Убьют они тебя!
Ее лицо странно искажалось. В глазах стояла растерянность — она говорила и делала что-то неправильное, и глубоко внутри это понимала, но пересилить волшебство не могла.
— Да не убьют! — отмахнулся Люгоша. — Эй!..
В него попала стрела… сразу несколько стрел. Только повисли они в пустом воздухе, чуть-чуть до кожи не дотянувшись. Люгоша их отбросил и гневно воскликнул:
— Вот теперь я совсем осерчал! Я вам всем покажу! Я теперь тут сам вместо короля буду! Властью пестрого фазана, пусть тут дворец для меня воздвигнется, да побольше этого!
Разверзлась земля. Разломало брусчатку, плиты каменные разворотило, дома прежние в разные стороны раздвинулись. И полез кверху новый дворец — еще больше королевского, еще пышнее!
Люди кричали. Кого завалило, кто сверзился в трещины земные. Какая-то баба вытащила из обломков окровавленный сверток и зашлась в крике, ровно кликуша.
— Вот теперь я тут жить и королевствовать буду, — сказал Люгоша, утирая нос. — А батенька твой к нам в гости ходить будет.
— А-ага… — неуверенно кивнула принцесса. — Хорошо…
— Да что ж они орут-то так? — покосился на людей Люгоша. — Недовольны чем?.. Властью пестрого фазана, пусть все будут довольны!