Шнырь с важным видом обошел колодец по кругу и вдруг радостно прокричал:
– Вижу, вижу!
– Правда, что ли? – изумилась я такой удаче.
– Нет, конечно, – проворчал ехидный чертяка. – Кира, шестьсот лет прошло! Твой артефакт уже давным-давно похоронен глубоко в недрах земли.
– Может быть, покопаешь? – уточнила на всякий случай.
– Я детектив, а не землеройка! – отозвался Шнырь и важно сложил лапки на груди.
– Кира, ты хотела проведать какую-то женщину, – напомнил мне Крис. – Еще немного, и наносить визит будет неприлично.
Я кивнула и устремилась обратно к улице, благо дом Мэри был совсем рядом.
Оставив друга с фамильяром у ворот, подошла к крыльцу и тихонько постучала. Дверь мне открыла сама хозяйка.
– Простите, что так поздно, – извинилась я. – Просто была неподалеку и хотела убедиться, что с вами все в порядке.
– Ну что вы, – заулыбалась женщина. – Я бесконечно благодарна вам. Вы спасли мне жизнь, моя дверь для вас всегда открыта.
Взглянув на нее, я отметила здоровый румянец и свежий золотистый загар. Похоже, женщина проводила много времени на свежем воздухе.
– Вы прекрасно выглядите, Мэри, – улыбнулась в ответ.
– Я совсем здорова, спасибо, – отозвалась она.
В этот момент на крыльцо выскочил Пэт. В руках он держал небольшую изящную деревянную лошадку.
– Мам, иди скорее к нам! – позвал ребенок, но, увидев меня, бросился обниматься.
– Леди! Вы вылечили мою маму! Спасибо! – Пэт крепко обнял меня за талию, и я обняла его в ответ.
– Пожалуйста, Пэт, – ласково сказала я. – Обещай, что впредь будешь ее беречь.
– Обещаю, леди, – торжественно ответил он и разжал объятия.
– Мне пора. Рада, что вы поправились, – попрощалась я и поспешила к поджидающим друзьям.
Мэри догнала меня у ворот и сунула в руку какой-то сверток.
– Пусть боги хранят вас, Кира, – прошептала она и, развернувшись, пошла обратно в дом.
Довольная результатом лечения, я спрятала подарок в карман. За воротами Крис и Шнырь нетерпеливо топтались на месте.
– Теперь домой? – спросил друг.
– Домой, – уверенно отозвалась я.
Однако не успели мы пройти и десятка метров, как с соседней улицы донеслись непонятный шум и крики.
– Там же таверна Моза! – воскликнула я, и мы ринулись к «Жареному петуху».
Около дверей толпились люди и что-то громко обсуждали, а на пороге на коленях стоял старый Моз и тихо плакал. У его ног сиротливо лежала горстка серого пепла.
– Коржик… Коржик… – причитал старик, роняя горькие слезы.
– Что случилось? – спросила я, опустившись рядом с ним на колени.
– Никто толком не понял, – всхлипнул трактирщик. – Коржик вдруг ни с того ни с сего сорвался и полетел к старому колодцу. Я кинулся за ним, но успел разглядеть лишь одно – кто-то в черном балахоне метнул сияющий заряд. Коржик тут же упал, а маг исчез. Я подобрал моего птенчика и принес сюда, думал, подлечу. Но не успел донести даже к порогу, Коржик сгорел у меня на руках…