Суматоха, беготня, люди сбежались на поляну. Возмущенная Дарья Дмитриевна, ругающаяся матом. Все это смешалось вокруг Вики в сплошную карусель, и она уже ничего не понимала, как во сне, когда смотришь сюжет словно со стороны и не можешь ничего понять. Стресс отобрал последние силы, и их не было даже, чтоб подумать. Лишь одно Вика сейчас знала точно без каких-либо оговорок и, но. Она не имеет права сейчас стыдиться своих шести пальцев на руках и прятать их в карман. Из-за него, из-за мальчишки, который ей доверился, она не имеет права портить ему психику, показывая, что это аномалия и ее надо стесняться. Пусть глядя на нее, маленький мальчик Айк поймет, что в этом нет ничего страшного, пусть он живет нормальной жизнью, не чувствуя себя неполноценным.
Вика знала, каково это, когда мать каждый день напоминает тебе о твоей проблеме, говоря, что это уродство, и ты, маленькая девочка, веришь родительнице на слово, а позже уже не можешь думать по-другому. Эта мысль врастает в твое сознание, как клещ своими цепкими маленькими лапками, и все, с этим надо жить.
Поэтому Вика, превозмогая привычку и стыд, вытащила свои руки из карманов, подмигивая мальчишке и показывая класс своими шестью пальцами. То чувство зависти, которое всю жизнь сопровождало ее и периодически душило, пропало. Вот так вот, взяло и испарилось, лишь только она разрешила себе быть собой. Это оказалось так легко сделать, что не верилось даже, только горький привкус досады, почему не сделала это раньше. Столько лет было потеряно, столько противных завистливых жаб было проглочено, но лучше поздно, чем никогда. Вика пообещала себе, что все, это больше не вернется никогда. Потому что она молода, умна и она может видеть, слышать и чувствовать этот мир, вот что самое главное. Значит, завидовать нечему, у нее есть все для счастливой жизни. А самое главное, что на этой земле есть маленький мальчик Айк и он доверился Вике, он смотрит на нее, равняется, и она не может его подвести.
— Ты моя же дева, — разгоняя ее мысли, сказал Алтан и обнял крепко, как обнимают родного человека.
Когда все, включая его, прибежали на поляну, то закрутились вокруг Айка и поверженной Дарьи Дмитриевны, на время забыв про Вику.
— Дай тебя расцелую. Вот знаешь, у тебя теперь есть друг, я. Ты звонишь Алтану, он сразу бежит к тебе на помощь. Вот сразу, честно-честно тебе говорю, можешь проверить, — потом хитро улыбнулся и добавил: — Ну по пустякам не звони, хорошо, только если очень-очень надо, — и подумав, добавил: — ну прям очень-очень-очень. — И еще раз с чувством поцеловал девушку в щеку.