– Наталья, так действительно будет лучше, – Домнин нежно взял за руки свою невесту, – А мы скоро вернёмся, обещаю тебе.
Брак мы зарегистрировали как положено, издав соответствующий приказ и вручив молодожёнам выписку из этого приказа с подписями, удостоверяющими его подлиность, комиссара отряда, полкового комиссара Богданова, заместителя командира отряда генерал-майора Архипова, начальника штаба отряда майора Пархоменко и командира отряда, заместителя Председателя ГКО Шершнёва. Звук от упавших на пол челюстей Архипова, Пархоменко и Натальи, когда они прочли мою должность, наверное был слышен в Берлине. Надеюсь Гитлеру при этом икнулось. Богданов же наслаждался открывшимся ему зрелищем.
Ещё одна бумага с теми же подписями удостоверяла, что девочка Оксана (фамилия неизвестна), возрастом примерно 4 года, будучи сиротой, передаётся под опеку супружеской паре, гр. Домнину В.А. и гр. Вейдель Н.А.
(Всю свою долгую жизнь Лауреат Нобелевской премии, доктор физико-математических наук, член Академии Наук СССР, почётный член всех европейских академий наук Оксана Вячеславовна Домнина хранила эти два документа как семейную реликвию).
На утро с ещё раскисшего аэродрома смог, хоть и с большим трудом, взлететь один истребитель. Взлететь и тут же сбить приближающийся к городу самолёт-разведчик Хеншель Hs-126, получивший прозвище "костыль".
На аэродроме немедленно началась погрузка детей в самолёты. То ли так получилось случайно, то ли немцы всё же что-то успели увидеть, но как раз в этот момент начался миномётный обстрел аэродрома. Немецкую батарею быстро подавили огнём гаубиц, но несколько детей получили ранения, в том числе два ребёнка тяжёлые. Детей прямо на лётном поле перевязали и с большой осторожностью разместили в самолёте. С ними полетела Наталья Вейдель, поменявшись местами с одной из женщин, улетавшей с детьми на "юнкерсе". Так же в транспортники загрузили связаных Гейдриха и Бейгеля. При чём в разные. Что бы ни случилось, но один из них должен был долететь до наших, а лучше оба. С ними я отправил, не слушая ожесточённых протестов, Петра Ухтомского и Василия Черных, двух пограничников. В каждый самолёт, включая четыре истребителя, погрузили аккуратно упакованные химические снаряды. На Ме-108 предстояло лететь Светлане с Оксанкой и сопровождавшей детей женщине. С ними я передал все документы, письма, фотографии и киноплёнку. Пилоты истребителей получили строжайший приказ даже ценой собственной жизни прикрывать транспортники и сбивать ЛЮБОЙ самолёт, приблизившийся к ним ближе чем на 500 метров. На вопрос, что делать, если это будут наши самолёты, я повторил, ЛЮБОЙ.