производительных сил, этот иррациональный итог капиталистического рационализма. Победа революционных движений стран третьего мира не может быть достигнута индивидуально, но только через общий их яркий вклад в мировую революцию. И в развитии нужно не пытаться догнать капитализм в его страсти к вещам, а обеспечивать все действительные нужды, что и станет основой для настоящего развития человеческих возможностей.
Новая революционная теория должна идти в ногу с действительностью, так сказать, быть на острие революционной практики, зачатки которой мелькают тут и там, но они пока раздроблены, искажены и лишены единого плана. Наши слова могут показаться фантастичными, но именно таков язык реальной жизни. И история постоянно подтверждает это, чем дальше, тем более жёстко. И если в этой истории самые привычные вещи кажутся незнакомыми, то лишь потому, что сама настоящая жизнь является нам лишь в фантастической форме перевёрнутых образов, навязанных спектаклем современного мира: в этом спектакле вся общественная жизнь, вплоть до постановочных псевдореволюций, прописана лживым языком власти и пропущена через её фильтры. Спектакль – земной наследник религий, опиум капитализма, достигшего стадии «общества изобилия» товаров, иллюзия, которую «общество потребления» на самом деле потребляет.
А на единичные всполохи революционного протеста тут же реагирует международная репрессивная система, действующая по всему миру, члены которой распределили задачи между собой. Каждый блок или входящие в его орбиту осколки обязуется поддерживать в своей сфере влияния всеобщий летаргический сон и сохранение порядка, суть которого всегда неизменна. Эта бесконечная репрессия проявляется во всём, начиная от военных интервенций и заканчивая фальсификациями, к которым в той или иной мере прибегает всякая официальная власть: «истина революционна» (Грамши>9), и потому любое правительство, даже вышедшее из настоящего освободительного движения, основывается на лжи, транслируемой внутри себя и вовне. Эта репрессивность и составляет самое красноречивое доказательство наших предположений.
Так как сегодняшним революционным попыткам сперва нужно побороть все стереотипы искажённого восприятия, навязываемые «мирно сосуществующими» видами господствующей лжи, то действовать они начинают в одиночку, то есть как в отдельно взятом уголке мира, так и в отдельно взятом направлении протеста. Они нападают лишь на самую заметную форму притеснения, вооружившись самым примитивным определением свободы. И в результате получают максимум притеснений и клеветы (их обвиняют в покушении на существующий порядок, хотя они как раз таки невольно соглашаются с его существующей формой) и минимум поддержки. Тем труднее им победить и тем легче новым притеснителям отнять у них победу. Будущие революции