Можно было направиться тремя путями. Справа — в обход заправки, слева — в обход стройки или самым коротким путем — напрямую между заправкой и стройкой. Правда, еще надо было проползти по громадной луже, в ней плавало немало мусора, в том числе и бутылок. Там, где было сухо, вздымались кучи шлака и какой-то вывороченной руды.
Я был с напарницей, Юлианой Александровой, симпатичной и отчаянной девушкой-журналисткой.
— Нет! — решительно сказала Юлиана. — Ползти через лужу в грязи я не буду.
Понятна брезгливость красавицы.
— Это безопаснее, под прикрытием куч нас практически не видно, а там снайперы, — показал я из укрытия на мужиков.
— Тогда ликвидируй этих снайперов! — Юлиана Александрова сверкнула своими изумрудными глазами.
Как ликвидируешь с такого расстояния, да еще сразу двоих?
Я не слишком решительно ответил журналистке, любительнице острых ощущений:
— Это невозможно!
Юлиана безнадежно махнула рукой.
А мне хотелось драки. Я, тогда еще совсем молодой офицер, намерен был доказать красавице, что являюсь настоящим мужчиной. Мы выбрали оптимальный, как нам казалось, путь. По-пластунски пресекли лужу, но по пути Юлиана Александрова совершено случайно наткнулась на полную запечатанную бутылку с яркой наклейкой виски. Недолго думая, женщина открыла бутылку и потянула с горла.
Я скривился брезгливой гримасой.
— Ты не беспокойся, бутылка не тронутая, словно из магазина, — сказала Юлиана и протянула бутылку мне.
На войне многие снимали стресс алкоголем. А я не пил. Вот и тогда отстранился и брезгливо сказал:
— Не буду хлебать эту мерзость! Самый смертоносный за всю историю человечества снаряд имеет объем в пол литра, но пробивает любую броню, кроме железного характера! Нечего себя поганить пойлом.
Юлиана не стала настаивать, но влила в себя еще сомнительного пойла.
Изрядно промокнув, мы перебрались через лужу и оказались в не просматриваемом снайперами лесочке между заправкой и стройкой. Ветер гнал пыль по потрескавшемуся асфальту с проросшей травой странного лилового цвета, в вечернем небе стали появляться первые звезды, проглядывавшие сквозь пелену быстро набухающих свинцом облаков. Пошел редкий дождик. Сгущающаяся темнота была нашим союзником. Какая-то псина, похожая на бульдога, приближалась к ним.
Я напрягся, готовый метнуть ножик. Но собака, судя по всему, была не сторожевой, а обычной бездомной. Она не собиралась поднимать шум. Видя, что люди здесь ей не рады, собака пометила дерево и побежала дальше. А мы проскользнули мимо вздымавшегося ввысь башенного крана и бетонных плит, готовых к укладке. Глазастая Юлиана обратила внимание, что они сделаны из дорого розового мрамора.