Из гостиницы, которая снаружи выглядела этаким серебристым шаром, уходили тихо, не став беспокоить почтенного хозяина, благо, тот отходил ко сну рано и того же ожидал от гостей.
Вещей было немного, а что имелось, уместилось в весьма просторную сумку.
— С лошадьми вот… нехорошо. Я за конюшни уплатил, но… Итону отписался, чтоб забрал их, закинет на станцию, а там отправит с человеком верным.
Эдди вновь вздохнул.
— Если что, то затраты я возмещу, — поспешил заверить Чарли. Но Эдди лишь отмахнулся:
— Не в том дело. А… мы ж ехали вместе. И фамилия у нас одна. И…
— Тебя свяжут со мной?
— Думаю, что да. Оно хорошо считать, что с дураками дело имеешь, да дураки бы Мастеров не зацепили. Они ныне, конечно, не те, что прежде, но тоже не глупые. Стало быть, если найдут священника, то и меня вычислят быстро.
— Плохо.
Чарльз пытался придумать что-то, но в голову ничего не приходило.
— Я бы сказал, что вовсе дерьмово…
Улицы были пусты.
Они освещались огромными шарами, которые свисали с толстой веревки, словно яблоки. Шары светили неравномерно, и на стенках их виднелись пятна, будто яблоки подгнивать стали.
Пахло… также.
Дымом. Гарью. Железом. И еще сотней алхимических растворов, смешавшихся вместе. Где-то над домами висел покров желтого тумана.
— Поэтому надо быть готовыми, что уходить придется в спешке.
Эхо шагов тонуло в железных стенах. И Чарльзу подумалось, что железа здесь как-то слишком уж много. Что это железо, если разобраться, оно повсюду. И от этого становилось не по себе.
Где-то впереди раздался грохот, что-то свистнуло, и по узкой улочке проползла железная гусеница. Она двигалась медленно, рывками. Тонкие ноги-ходули с трудом удерживали тяжелое тело, и то покачивалось, и от натуги пыхало паром.
Желтым.
Едким.
— Вопрос в том, как уходить, — Чарльз закрыл лицо рукавом.
Милли чихнула.
И тоже рукав подняла.
— На от, — Эдди протянул ей платок, а второй Чарльзу. — Завяжи. Тут порой тяжко. Итон вывезет, если что. Не за бесплатно, но вывезет.
Хотелось бы верить, ибо, если чудом выйдет пересечь пропасть, а потом и горы, которые определенно поднимали вовсе не для того, чтобы их мог пересечь любой желающий, то с мертвой пустыней так просто не получится.
Эдди резко обернулся и прижал палец к губам. Знаком указал на стену, и Чарльз послушно прижался к той. Спиной он чувствовал холод камня, и неровность его.
Милли встала рядом. И в руках её появились револьверы.
Да что происходит? Но тут Чарльз услышал звук шагов. Тот, кто шел, не прятался. Он ступал медленно, слишком уж медленно.
А еще он был магом.