Руки волшебницы окутало нежное розовое сияние. Наверное, это что-то сродни моей способности лечить людей. Куст стал немного похож на крупного мохнатого щенка, который ластится к любимой хозяйке.
Закончив, Шарлота повернулась ко мне и потребовала полного отчёта. Услышав, как Лидия срезала цветок, заявила:
— Терпеть не могу некроманток! Зачем вы вообще отдали ей розу?
Слово за слово, наводящими вопросами она выпытала всю историю. Сочувственно вздохнула и погладила по плечу:
— Теперь я понимаю, почему вы не верите в любовь! Подарить такую драгоценность девушке и понять, что все её авансы были только для выманивания вашего цветка! Хитрая, расчётливая и мерзкая дрянь испортила ваше мнение обо всех девицах! Бедный! Я надеюсь, что вы со временем оправитесь и полюбите другую, достойную вас волшебницу.
После произнесения этой тирады Шарлотта вновь глубоко вздохнула. Не знаю, чего она себе надумала. Про любовь я ничего не говорил.
— Ночью новый цветок распустится, но вы должны мне поклясться, не разрешать его срезать! Если кто-то вновь затронет ваше сердце, — следует новый вздох и сочувственный взгляд, — разрешите ей жить рядом с вами и приходить на это место, любоваться цветком.
Мне пришлось пообещать, что никому и никогда больше не отдам цветок.
Вернувшись в башню, мы пообедали. Шарлотта, открыла для себя кофей камер-юнкера. Болтала о разном, заявила, что у меня великолепная для растений вода, но нет сада, а потому нужна теплица. Я возразил:
— У меня маленькая долинка полностью засажена садами — Гремячий поток!
— И вы мне их не показали!!! — обида просто струилась из глаз девчонки.
— Шарлота, — вмешалась дуэнья, — нельзя охватить всё сразу. Будет повод ещё раз приехать.
Глава 13. Информация бывает вредная и полезная
Тереза
Тереза сидела в детской комнате, пила чай с подругой и куклами. Мишка охранял покой присланного Стахом подарка для Стеши. Именно Стеша сейчас играла с девочками, а недолгая фаворитка Агнесс прохлаждалась в шкафу.
— Барон Тихий прислал моей дочке сундучок с разной одеждой, кукольное трюмо, шкатулку с золотыми и серебряными украшениями, даже с настоящими камушками. Правда, маленькими. И ящичек с косметикой. Ты видишь, как я её накрасила?
— Здорово! А почему он тебе столько всего прислал? Мама разрешила?
— Понимаешь… Он один из кандидатов в мои женихи, — гордо объяснила девочка. — Потому ему дозволяется. Папе Тихий нравится, а маме не очень, она пока ещё думает.
— Слушай! А давай мы мою Риму тоже накрасим. Как будто мы с дочками приехали на приём.
— Давай! Но тогда и нам тоже надо накраситься.