— Ты обещал мне свой клинок, Кошак, — стрельнула в меня глазками прелестница.
— И ты его, определённо, получишь, Кари.
Не сразу до меня дошло, насколько неоднозначной вышла наша короткая пикировка. Впрочем, задорный фырк метиллии помог расставить точки над «и»… Вот уж кто наслаждался не сексуальностью партнёра, а самой ситуацией охоты! Не желая далее плодить многосмысленности, я, с лёгким поклоном, на вытянутых руках, протянул девочке свой двуручник. Она с ответным поклоном приняла дар. Покрутила клинок в руках, привыкая к весу, а затем шагнула вперёд и совершенно бесстыдно накрыла ладошкой мой пах.
— Помни — ты обещал! — глаза чертовки смеялись, она откровенно наслаждалась моим мимолётным ошеломлением. Я хотел было сграбастать эту игривую особу в объятья, уже тянул руки, когда…
Мы слишком расслабились, забыли, что не одни в этом лесу, а по мысли того, второго, субъекта охоты именно нам отведена роль загоняемой дичи. Тварь сиганула прямо из близкой листвы. Чудовищной силы мышцы позволили ей совершить поистине гигантский прыжок, а её стремительная быстрота застала нас всех врасплох. Ох, рано я отвёл человеку роль хозяина природы… Только не на Штарне. Ибо в мире, где царят такие твари, человеку не место.
В последний момент я увидел его — летящего, распластанного в воздухе, что тот лучик солнца. Хищник был почти невидим, если бы не воздушная дымка, курящаяся по мощным бокам от стремительности броска. Даже воздух был против столь противоестественного мастерства. Воздух был за человека… Рана метнулась вперёд, но была слишком далеко, да и тварь заметила слишком поздно. Я находился ближе, а потому успел значительно больше — хотя и далеко не всё. Рукой, которую тянул до того к плечу снежки, резко толкнуть её вбок. Сам же, заваливаясь назад, ударил второй рукой снизу, мгновенно пришедшими в боевой взвод когтями. Толчок от моего выпада чуть изменил траекторию твари, она пролетела над нами со снежкой, приземлившись в каких-то паре метров позади.
Падая, я успел изогнуться в воздухе — не хуже натурального кота — так что упал на все четыре лапы. Ещё в полёте попытался оценить диспозицию. Скорэль вскинул мощный ручной излучатель, но не стрелял. Боялся попасть в нас. Рана распласталась в прыжке, и вскоре должна была приземлиться в шаге от меня. Кари едва-едва закончила кувыркаться по земле от чересчур сильного толчка, но невзирая ни на что так и не выпустила из рук клинок. Сильная девочка. Тренированная. Видно, что меч не чужд ей, что он — продолжение её руки.
Однако тварь не собиралась дожидаться, покуда мы очухаемся и вступим в бой согласованной группой. Едва коснувшись земли, она резко повернулась в мою сторону. Проявившегося хищника теперь можно было разглядеть во всей красе. Странно… Вот таким, не летящим в прыжке, он больше всего походил на земного… медведя. Мощный, поросший шерстью — пусть и колючей даже на взгляд, что у того дикобраза; с сильными лапами и длинными когтями; с до боли знакомой треугольной мордой, характерными ушами торчком и большой головой, — он казался родным братом своего земного прототипа. Разве что неуклюжести в нём не было ни на фотон… Хотя и у настоящего медведя неуклюжесть лишь кажущаяся. На деле это один самых стремительных и непредсказуемых хищников. Его структура костной и мышечной ткани такова, что удар всей лапой может прилететь за исчезающе малое время, почти без инерции. Ну а местный аналог медведя ещё прыгучестью обладал немереной… Что тут же и продемонстрировал.