Оказавшись в обхвате танковых клиньев, от границы откатывался 16-й стрелковый корпус, отступая к Каунасу, резервы 11-й армии — 84-я моторизованная 3-го мехкорпуса и 23-я стрелковая дивизии уже вступили в бой. И что делать в такой ситуации командующий ясно не представлял, и надеялся на контрудар танковых дивизий 12-го мехкорпуса.
Неожиданно появилась мысль, когда он посмотрел на коменданта 41-го УРа. Среди высшего начсостава политработников РККА большую часть составляли коммунисты, кто в лучшем случае, окончил военно-политическое училище, без должного военного образования и без нахождения на командных должностях. Член Военного Совета фронта Диброва по окончании гражданской войны больше трех лет служил инструктором пропаганды и культуры политотдела. Затем шесть лет был преподавателем курса социально-экономических дисциплин в артиллерийском училище.
За год до начала мировой войны, не имея должного опыта, был сразу назначен членом военного совета житомирской армейской группы, а полгода тому назад попал в Ригу с повышением в звании до корпусного комиссара. А вот Николаев бывший военный, прошел путь от командира саперного взвода до комбата, стал майором еще до введения в РККА звания подполковника. Был назначен военным комиссаром управления Дальвоенстроя, имеет огромный опыт инженера и фортификатора, и образование среди высшего начсостава политработников редкое — высшее военное — окончил в Москве академию имени В. В. Куйбышева.
Корпусной комиссар Диброва вышел из кабинета, и Федор Исидорович неожиданно для себя развернул карту — нарушение было очевидным, не стоило знакомить коменданта укрепрайона, пусть и напрямую подчиненного командующему, с ситуацией на фронте, сложнейшей и напряженной. Но они остались наедине, и польза от совета могла стоить многого.
— Серафим Петрович, вы были членом военного совета 11-й армии, закончили академию, и ситуацию понимаете, в курсе многих дел. Как оцениваете положение, и что, на ваш взгляд, будет делать противник?
— Трудно сказать, все же не в академии Фрунзе был слушателем…
— Смелее, у вас большой опыт именно специалиста по укрепрайонам. Да и тактику изучали.
— Вобьют в нашу оборону танковый клин из шести подвижных дивизий, как у вас отмечено на карте. Затем выйдут на рубеж по Двине, от Екабпилса до Даугавпилса дня за три-четыре, вряд ли больше. Окончательно разъединят 8-ю и 11-ю армии, и, подвезя горючее, могут рвануть до Пскова, а пехотные дивизии врага довершат наше поражение. И контрудар под основание, или по «стенке» клина нашими танковыми дивизиями не поможет. От 11-й армии вряд ли возможна помощь — там нужно только отступать, резервов нет, немцы у Вильнюса и Каунаса. Танковые дивизии 12-го мехкорпуса нужно еще сосредоточить для контрудара, а гаубичные полки на тракторной тяге. Они неизбежно отстанут, а без артиллерии удар одними танками не только не приведет к успеху, но создаст предпосылки уже неизбежного поражения.