— Рубаху забыла, — кивнул я на смятую постель, где из — под подушки торчала нижняя сорочка Лоты.
— Какую рубаху? — не поняла Лота, смотревшая на меня со страхом и, как ни странно, каким — то восхищением. — А, рубаху… Так черт с ней, с рубахой! Ты что наделал — то?
— Выкинул в окно наглеца, — пожал я плечами. — Подай — ка мне его железяку и ножны заодно.
— Артакс, ты чего, обиделся, что ли? — удивленно воззрилась на меня Лота, с трудом поднимая клинок.
— За труды, — обменял я оружие на пфенниг.
Девка не стала привередничать, монету взяла, но стояла и смотрела на меня, словно чего — то ждала.
Я взял меч барона, осмотрел. Вот, этот клинок похож на коллекционный. По крайней мере, выкован он из стали. Но руки бы оторвать владельцу за уход — ржавчина, щербины. Эфес из слоновой кости, почерневший от грязи. Но дело небезнадежно — если наточить и отшлифовать клинок, разобрать эфес и помыть его теплой водой со щелочью, обмотать кожаным шнуром, то меч Выксберга может положить начало коллекции.
— Артакс, так ты чего? — отвлекла меня Лота.
— Я уже всё сказал, — бросил я.
— Что — всё? — не поняла девка.
— Я сказал — пошла вон, — повторил я.
У меня не было к ней никаких претензий. Ну, какие могут быть претензии к шлюхе? Только, я ее больше не хотел видеть.
Сунув клинок в обветшалые ножны (выкину и новые закажу!), пошел вниз, узнать — жив ли господин барон.
В общем зале опохмелялись и зализывали раны мои недавние противники. Серьезных увечий я никому не нанес, а ушибы пройдут. Увидев меня, зарычали, но подойти ближе не рискнули.
Барон Выксберг после падения оказался жив— здоров и стоял на ногах. Около него суетились люди в засаленных ливреях, пытаясь напялить на его милость какие — то тряпки. Тут же околачивалась гостиничная прислуга во главе с хозяином.
— Барон, а почему вы до сих пор не собрали мои вещи? — подчеркнуто вежливо обратился я к Выксбергу.
Барон посмотрел на меня взором затравленного оленя, перевел взгляд на слуг.
— Ну, что стоите, олухи?! — попытался рявкнуть, но от волнения пустил петуха.
Никто из слуг не спешил на помощь. Встали, как вкопанные и уставились, с намерением поглазеть — что будет дальше.
Я мог бы заставить барона ползать по двору, собирая мои рубахи и подштанники, но не стал этого делать. Злость я уже сорвал, а лишний раз унижать человека не хотелось.
— Ладно, барон, на первый раз я вас прощаю. Приводите себя в порядок, лечите головы, — усмехнулся я. — И, уезжайте.
— А меч? — хрипло спросил барон, еще не веря своему счастью.
— А меч достается победителю, разве не так? Мы с вами честно сразились, вы проиграли. Урок вам на будущее — не стоит атаковать противника, если он стоит у окна. Верно?