– Что тут может быть не ясно, – отозвался разбойник Мирдан Сакао, больше известный как Кровавый Эмир. – Тебе сказали, что придется воевать с захватчиками на Лесокрае.
– Это понятно, – Шило усмехнулся. – Ты мне лучше скажи, если такой умный, зачем тащить нас за тысячу миль? Неужели у королевства кончились солдаты, что нас готовы кинуть в бой?
Тимотео ответил криминальный пахан Хромой, он же Деррик Сагио:
– Ассир силен своими законами и традициями. Пока они незыблемы, государство крепкое. Как только появляется слабина – конец. Нам повезло. По закону каждый каторжник имеет право искупить вину перед обществом, убивая врагов государства. А солдаты у королевства есть, не сомневайся. Но иногда проще использовать таких как мы, кого общество и правители считают конченными людишками. Еще вопросы будут?
Шило побаивался авторитетного вора. Однако продолжил беседу:
– Да-да, папа Хромой, ты прав. Спору нет. Но где Серые пустыни, а где Лесокрай? Путь туда долгий. А нас всю дорогу придется кормить и охранять. Это какие же растраты – проще забыть, что мы существуем.
– Здравое зерно в твоих суждениях имеется, Шило. – Хромой хмыкнул и удобнее устраиваясь, поддернул общую кандальную цепь, которая удерживала каторжников на месте. – Только учти один момент – с этого кто-то имеет выгоду. Сам подумай. Ты правильно заметил, что нас везут и охраняют. На это из казны выделяются какие-то деньги, небольшие, но все-таки они есть. И кто-то часть этих средств может себе присвоить. А наша группа не одна и чиновник, который это контролирует, в итоге получит неплохую прибавку к жалованью. Верно, Черныш?
Раньше Черныш, неказистый хлипкий мужичок, был чиновником и личным секретарем бургомистра в городе Рисвилль. Попался на крупной взятке. Пожадничал, не поделился с шефом, и погорел. А поскольку чиновников в колониях и тюрьмах не любили, их часто избивали и насиловали. Но Чернышу повезло. По какой-то причине Хромой взял его под свое крыло, и он сохранил свое здоровье.
– Все так и есть, – поддакнул Хромому вороватый чиновник.
Опять заминка. Только скрип колес и голоса солдат, которые перекликались между собой. Каторжники притихли, и от жары их стало клонить в сон. Один за другим попутчики Альфи впадали в дрему, и он тоже собирался провалиться в забытье. Однако с ним решил пообщаться Хромой. Он находился рядом и, наклонив голову, прошептал:
– Слышь, офицер.
– Чего? – Альфи тоже перешел на шепот.
– Я знаю, ты драться мастак. Видел, как ты в бараке махался.
– Кое-что умею, – не стал отпираться Ойгерд.
– Про меня ты знаешь. Я вор. Из правильных. Кто по старым заветам живет.