— Батарейку не переводи!
Олеся нервно отскочила назад, неловко взмахнув своим фонариком, так что Павел даже рассмеялся. Но ей было не до смеха. Она снова повторила свой вопрос.
— По делу пришел, а что? — ответил он.
— Здесь я задаю вопросы, ясно!
Услышав это, Павел едва не подавился от смеха. И только серьезное выражение лица Олеси заставило его успокоиться.
— Откуда ты знаешь мой адрес? — спросила она.
— Я же коп, забыла?
— Вадим, сказал?
— Раскусила.
Он заулыбался во всю ширь своего рта, и эта улыбочка почему-то очень взбесила Олесю. Она с радостью бы сбежала от него и заперлась бы у себя дома, но вспомнила, что не может открыть дверь. Без ключей.
К счастью, Павел как раз мог. Впрочем, он не торопился предлагать ей помощь. Он подождал, пока она сама его попросит. И ей пришлось попросить, а он очень быстро справился с её дверью, но не стал раскрывать секрет, где такому научился. Олеся, в свою очередь, не стала рассказывать ему о своих ночных страхах. Так что они были квиты.
Однако Павел помог ей не просто так. К ней у него было несколько вопросов. Их он не спешил задавать, а сперва позвонил Ивану, которого пригласил на квартиру к Олесе. Вот только её эта новость несильно обрадовала. Он даже не спросил у неё разрешения, а квартира все-таки принадлежала ей.
— Постой, — обратилась она к нему, — так мы не договаривались!
Тогда он напомнил ей про насильника Юли и упомянул человека, который может помочь его найти. Это смягчило Олесю. Она согласилась на полчаса устроить у себя дома мини-собрание для этих целей.
Тогда (опять же без позволения) Павел зашел в большую комнату, служившую гостиной, и сразу расположился на диване напротив телевизора. Телевизор был как-то староват для современного века. Он напоминал серый громоздкий ящик и в основном использовался Олесиной кошкой в качестве лежанки. Диван, впрочем, тоже был десятилетней давности и не такой мягкий, как хотелось бы. Он был раскладным, но на нем никогда никто не спал, кроме опять же кошки. Об этом говорила лежащая на нем крохотная подушка, вся покрытая шерстью. На неё Павел едва не сел.
Он положил свои ноги на столик перед собой, порывшись предварительно под ним в поисках журнала. Но и журналы все были старые и требовались лишь как подстилка в кошачий горшок. Еще он заметил над телевизором полки, заполненные трудами классиков. Причем все книги были изданы еще до его рождения.
— Ты что с бабушкой живешь? — рассмеялся он.
— Жила.
Затем он заметил в серванте её детские фотографии. Ради смеха он решил поглядеть на них поближе. И даже потрудился встать с дивана.