— Вот оно что… — Пробормотал Псарь, опуская тесак.
Верхняя часть шлема отлетела, голова свалилась вместе с руками. Туловище сместилось и рухнуло на спину, ноги мгновение стояли прямо, затем колени подломились и Орландо окатило чёрной кровью. Мечник слизнул попавшую на губы, поднял спаду с явным намерением очистить и клинок. Недоумённо взглянул на свисающее в обратную сторону предплечье, рука похожа на сломанную об колено ветку.
Парень моргнул и плашмя рухнул на спину.
* * *
Темнота накатывает морским прибоем. Затмевает сознание и окутывает сердце. Орландо скорчился у подножия статуи… у пустого постамента. Вздрогнул, услышав тяжёлые шаги.
Раскрашенная мраморная фигура переступила через него и с пугающей лёгкостью, взобралась на постамент. Взгляд опустился на человека. Каменный, старый Орландо воззрился на молодого с неясным выражением. Не то жалость, не то ярость… не то зависть.
* * *
Очнулся от боли во всём теле и удара по затылку. Его волокут на носилках, собранных из веток и хвороста. На камнях или колдобинах голова подскакивает и ударяется о толстый сучок. Орландо потянулся к мечу и застонал: правая рука в плотной шине из обструганных палок и обрезков плаща.
Кармен вскрикнула и носилки остановились, бережно опустились и над парнем нависло бледные лица Винченцо и Кармен. Девушка торопливо сдавила челюсть и протараторила:
— Молчи! Тебе нельзя двигаться и вообще напрягаться! Вот, пей, осторожно!
Горлышко фляжки обожгло губы холодом, а язык сморщился от вязкой и горькой жижи. Кармен выждала три глотка и начала проверять шину и новые бинты. Дважды прикладывала ладонь ко лбу и хмурилась.
— Ладно… жить будешь. Пока что.
Орландо просыпается на несколько минут и впадает в забытье. Кармен трижды в день осматривает тело под бинтами, бледнея каждый раз. Руки и ноги мечника черны, по торсу тянутся багряно-синюшные полосы. Будто его били молотами двенадцать часов кряду.
— Что с ним? — Осторожно спросил Винченцо на очередном привале.
— У него порваны мышцы. — Ответила Кармен, методично растирая остро пахнущие травы в вязкую пасту. — Не до конца, но повреждения ужасны… он превзошёл лимиты тела, не знаю как, но у всего есть цена.
Полученную массу разбавила водой, перелила в котелок, подогрела и тщательно процедила через ткань. Отвар по капле влила в рот спящему Орландо, а густой остаток размазала по рукам. Стараясь сильно не давить, но парень застонал сквозь сон. Девушка закусила губу, отступила и тихонько расплакалась.
Винченцо подбросил веток в костёр, покосился на дорогу через стену деревьев. На горизонте умирает солнце и облака залиты кровью. Пахнет скорым холодом. Кармен взяла себя в руки, торопливо утёрла слёзы рукавом и накрыла Орландо остатками плаща. Отсветы костра рассыпаются бликами на бисеринках пота, покрывающих лоб мечника.