– Логично и аргументированно говоришь, – кивнул Псих, соглашаясь. – Но вот только вся твоя философия исходит из того, что человек – не более чем тварь, мечтающая лишь жрать побольше, спать помягче и баб уестествлять побольше и почаще. Поэтому все, что требуется от общества – это держать его в стойле, периодически бить его кнутом, чтобы не бунтовал, и кормить лучше, чтобы работать больше. Вот у таких созданий, пожалуй, действительно нет другой альтернативы.
На этих словах Эрлан засмеялся. Даже не засмеялся – заржал. Искренне и самозабвенно.
Просмеявшись, он вытер выступившие слезы:
– Вот уж чего не ожидал, так это подобной проповеди. И от кого? От Психа!!! Рассказать кому- не поверят ведь, вруном ославят. А ты их кем считаешь, позволь спросить? Созданием божьим? Я бы тебе порасказывал, что эти создания божьи творят, но ты и сам, думаю, видел достаточно.
– Я ничего не считаю, – отозвался Псих. – У меня, в отличие от тебя, все в голове до конца так и не уложилось, ты веруешь в свой порядок, а я все время сомневаюсь. А потому – подвергаю все сомнению. Вот и сейчас – я просто обдумал сказанное тобой и указал на слабое место в твоих построениях. Знаешь, когда несколько столетий лежишь под горой и смотришь на деревья, Подобные мысленные игры очень скрашивают существование. Лежишь, споришь сам с собой, сперва играешь за бога, потом за дьявола…
– Ну слава богу, – сказал Эрлан. – А то я подумал было, что ты за время долгого сидения башкой тронулся. А если это логические задачи – ради бога, решай. Каждый имеет право на маленькие слабости, если они, конечно, не нарушают закон. Я у тебя другое хотел спросить. Я ведь почему тогда сказал, что ты меня удивил? Скажи мне, Псих – зачем ты вообще во всю эту ерунду с паломничеством влез? Нет, почему ты не предложение Штанского согласился – я не спрашиваю, это как раз понятно – кто же от досрочного освобождения откажется? Но вот почему ты до сих пор все еще идешь с ними за Запад – я никак в голову не возьму. Я ведь тебя хорошо изучил, ты не дурак и хитрости тебе не занимать. Никогда не поверю, что ты не использовал возможности выйти с проекта. Только не говори мне, что их не было.
– Почему не было? – сказал Псих, вспомнив Бикин. – Были.
– Так почему?
Псих замолчал, раздумывая, потом спросил.
– Вариант ответа «я поверил в эту миссию» не рассматривается?
– Не рассматривается категорически, – отрезал Эрлан. – Не настолько ты псих, чтобы не понимать, что ваша миссия в принципе не может увенчаться успехом. В принципе! И дело даже не в недовольстве Верхних Планов, нам даже влезать не надо будет. Система сама все сделает. Она очень не любит, когда кто-то покушается на ее монополию, и если сейчас она еще вас терпит, то ближе к Москве сделает вашу жизнь невыносимой, а дальнейшее продвижение вперед – невозможным.