– Люд, это не худшее в жизни. Я тоже год пропустил. Зато было время идеально подготовиться.
– Но я так об этом мечтала. И что, мне теперь возвращаться к себе? В село? Все узнают, что я провалилась.
Люда заглядывала ему в глаза, громко икала и теребила страшненький платок. Пыталась спрятать босоножки с оторванным ремешком.
– Да необязательно. Ты можешь устроиться на работу, а по вечерам заниматься. Я когда в ноябре вернулся из Минска – тоже сильно переживал. Но потом начал работать в военной котельной. Простым кочегаром. Чумазый был, не поверишь. Зимой, когда три тонны угля заброшу в котлы – мог на ватнике вздремнуть. Потом, с новыми силами, лопатой выгружал сажу. Тонны две. И учился…
У нее как будто стало проясняться в голове. Словно метлой вымели весь мусор. Оказывается, все не так трагично. Она с благодарностью и каким-то благоговением смотрела на Георгия. Он казался ей очень взрослым, очень красивым и недосягаемым. А еще опытным…
– Ты где живешь?
– Снимаю на Нивках комнату. В частном секторе, на улице Шаумяна.
– А давай мы с тобой встретимся через неделю, и ты расскажешь, как удачно изменилась твоя жизнь.
Они договорились на будущую среду. И он об этом совсем забыл. Они не обменялись адресами. Домашних телефонов ни у кого не было. Георгий вспомнил о свидании только вечером и даже искренне расстроился.
А потом время стало бережно все подтирать. Как чешским модным ластиком. Образ Люды размылся, утратил контуры. Пока их не соединило снова… метро…
Они были действительно рады друг другу. Словно встретились давно не видавшиеся старые друзья. Люда типично украинской внешности ему очень нравилась. Черные гладкие волосы блестели, словно их смазали подсолнечным маслом. Такие же очерченные брови. Белая молочная кожа и ярко-вишневые губы. Она была ни худой и ни полной. Просто грудь, крупная, тугая, стояла как грейпфрут. И бедра, очень выразительные – резкий контраст талии.
Они целый день провели вместе. Поднявшись из метро, Гоша пригласил ее обедать в рабочую столовую. Там заказали самое дорогое столовское блюдо – бифштекс с яйцом и салат: тертая морковь со сметаной. И чай за две копейки. Люде очень хотелось рыбы, но рыбный день был вчера.
Георгий интересовался ее жизнью, и она рассказывала о швейной фабрике, о подружках, о ночных рубашках, которые они шили. Люда давно так вкусно не ела. Она очень старалась не набивать полным рот, но ее тарелка стала пустой уже через три минуты. А потом снова спустились под землю, чтобы выйти в историческом центре.
Они гуляли по самой короткой улице – Терещенковской. В один из музеев привезли выставку Айвазовского, и очередь казалась бесконечной. Долго сидели на лавочке в парке Шевченко и смотрели, как играют шахматисты-любители. Георгий увлекался историей города, и о каждом месте ему было что рассказать.