Рассказ в несколько страниц дает самое наглядное представление о работе военных контрразведчиков низового звена на фронтах Гражданской войны.
Дела былые…
Талые степи Украины. Год девятнадцатый…
В вагон политотдела Заднепровской бригады бронепоездов вваливались матросы, занимая скамьи. Собрание…
— На повестке — организация Особого отдела. Районы бандитские, — бьют нас тут со всех румбов. Человек оправиться выйдет, а его в расход… Поезда под откос пускают. Приходится подумать. Слово для предложения имеет секретарь.
Секретарь ячейки встал.
— Тут одного ранило. В строю ему трудно. Пока пускай в Особый идет. Володька, встань.
Раненый встал и глянул одним глазом из-под громадного кома грязной марли, окутывавшей распухшее лицо. Секретарь продолжал:
— Еще кандидатура Петра Попова. Они с одного корабля — с «Вани-Коммуниста». Попов, встань.
Человек встал. Раздался голос:
— Попов, у тебя какая специальность?
— Машинист.
— Вот и верти-вали.
Секретарь докладывал:
— Вот, товарищи, им всё и поручим.
— А инструкции какие?
— Какие инструкции? Чудак! Доглядай да поспевай — вот и всё. Ну, возражений нет? Кто за Володичку, за Петичку?
Прогудело:
— Нет возражений, знаем их!
Петичка и Володичка остались в вагоне. С ними гроссбух и инструкция: «Доглядай да поспевай». Все вместе — Особый отдел бригады.
Штабной эшелон бригады идет к Знаменке — по степям Украины.
По степям Украины идет на Знаменку эшелон, штаб бригады, политотдел, комендантская команда и вагоны боезапаса — для бронепоездов. Володечки нет — подался пока «доглядать» на бронепоезд, и весь Особый отдел теперь — Петечка и есть.
В голубой зной уходят дым и грусть…
На Знаменке белые. Эшелону отрезан путь. А зной голубой, и тишина над степями родной Украины. Эшелон идет к Знаменке.
Лучистые трещины засверкали на зеркальных окнах штабного вагона. Враг бьет! Первые пули встретили эшелон.
Петечка летит к команде, поднимая ручной пулемет «льюис»:
— Вылазь все!
Пули бьют в упор. Эшелон штаба Заднепровской бригады бронепоездов — эшелон матросской бригады, — тормозя, подходит к вокзалу Знаменки, занятой кубанцами генерала Шкуро.
Эшелон стал, и неожиданность эта остановила казаков.
— Ото ж матросы, сукины дети, воны що-нэбудь удумалы.
Попов ползет по крышам раскаленных зноем вагонов… Доглядай, поспевай! Уф!.. Как выходные стрелки поставлены?.. Вон казаки лезут… Горячо!..
И он с крыши запустил первой очередью по кубанцам:
— Куды лезете — тут для некурящих!
Петечка видит: комендантская команда держится. И затем бежит к паровозу:
— Машинист!
Из угольной лавы высунулось черное лицо.