У орудий дежурили комендоры: в случае встречи с вражескими судами моряки будут драться до последнего снаряда.
Крутом мелькали огня — рыскали японские крейсера и броненосцы. Густая темнота пока скрывала «Бравый». Но что будет на рассвете?
— Срубить мачту! — приказал командир.
Раздались удары кувалд, мачта рухнула в воду.
Теперь «Бравый» выдавали лишь четыре почерневшие от пожара высокие трубы. Матросы живо развели мел для чистки медных деталей, добавили малость сажи и пустили в ход малярные кисти. Трубы превратились в серые.
Настало утро. На горизонте показались японские корабли; они не заметили «Бравого». Вскоре вражеская эскадра осталась далеко за кормой.
Однако над «Бравым» нависла новая опасность: кончалось топливо. А до Владивостока далеко…
В угольных ямах матросы тщательно выметали каждую горсточку антрацита. Но пламя в топках затихало. Тогда стали ломать деревянную обшивку кают, табуретки, стулья, ящики из-под продовольствия. В топки бросали все, что могло гореть: чемоданы, матросские сундуки, книги, старую одежду.
Скорость неумолимо снижалась. Пять, три узла…
Утром 17 мая вдали показались очертания острова.
— Аскольд! — воскликнул штурман. — До Владивостока три десятка миль.
А миноносец беспомощно закачался на волнах: котлы погасли.
— Передайте во Владивосток: нуждаемся в экстренной помощи! — приказал командир.
Над палубой быстро протянули аварийную антенну, застучал ключ радиотелеграфиста. Депеша была передана. Ответа не было. Еще раз передали зов о помощи. И снова молчание.
— Наши сигналы не доходят до Владивостока, — доложил радиотелеграфист. — Нужна высокая антенна.
А где же ее взять? Мачта давно на дне океана…
Внезапно усилился ветер. На черной, шипящей воде замелькали белые злые гребешки — предвестники шторма. Матросы с тревогой следили за дрейфом корабля: «Бравый» сносило в сторону минных полей, прикрывавших подступы к Владивостоку. Неужели кораблю, совершившему столь далекий и трудный переход, избежавшему японского плена, суждено взорваться на собственных минах?
Две с половиной сотни моряков напряженно думали, как выйти из положения, что предпринять.
— А если змей? — предложил машинист Варзанов. — Обычный воздушный змей, на тонком лине, и к нему прикрепить конец антенны…
Все так и ахнули: ну и молодчина Саша Варзанов! Вот голова-то!
Из тонкой деревянной планки сделали рейки, к ним прикрепили кусок морской карты. Порывистый ветер мгновенно поднял змея над кораблем. Радиотелеграфист снова застучал ключом. И Владивосток принял депешу! Ответили: «Высылаем миноносец».