В годы княжения Всеволода (1130—1146) княжеские блоки быстро создавались и быстро разрушались в ходе борьбы за лучшие уделы. В 1143 г., как сообщает Татищев, Всеволод провел в Киеве княжеский съезд. Приглашены были Игорь и Святослав Ольговичи, Владимир и Изяслав Давыдовичи, Изяслав и Ростислав Мстиславичи. Сыновья Владимира Мономаха Юрий Долгорукий и Вячеслав о съезде не знали (не были приглашены). Вопрос был поставлен о преемнике на великокняжеском столе. Всеволод своим кандидатом на роль преемника назвал Игоря. Изяслав Мстиславич напомнил, что ранее такое обещание было дано ему. Всеволод в свою очередь упрекал Изяслава в непослушании. Естественно, что такая перемена неотвратимо вела к перераспределению княжеских блоков и союзов. Изяслав начал искать контакты с Юрием Долгоруким против Ольговичей, но договориться с дядей не смог.
В 1146 г., чувствуя приближение кончины, Всеволод созвал братьев Святослава и Игоря, но киевские вельможи разошлись
во мнениях. Тысяцкий Улеб сразу выразил сомнение: надо посоветоваться и с Владимировичами, поскольку «по отечеству» преемником должен быть Изяслав Мстиславич. Конфликт погасил другой вельможа: «старейшина Лазарь Сокольский». Он, «яко муж мудрый», предложил отложить обсуждение сего более чем острого вопроса, заверив, что киевляне не против Игоря. 1 августа 1146 г. Всеволод Ольгович умер и вновь разразилась политическая борьба.
События в Киеве в августе 1146 г. издавна привлекали особое внимание историков потому, что здесь открывался простор для обсуждения проблем политического, социального и экономического устройства, а также характера и форм как межкняжеской, так и собственно социальной и политической борьбы. Достаточно назвать имена Б.Д. Грекова, СВ. Юшкова, М.Н. Тихомирова, Б.А. Рыбакова, П.П. Толочко, И.Я. Фроянова и многих других, имевших, как правило, различные мнения о сути происходивших событий. Кроме того, эти события позволяют более реалистично представить сам характер отношений городского самоуправления и института княжеской власти в эту (и не только в эту) эпоху. Существенно и то, что летописные памятники предлагают расходящиеся оценки событий, а это, в свою очередь, дает значительный материал для характеристики самих летописей и отраженных в них идеолого-политических симпатий и антипатий.
Разные толкования во многом исходят и от различных деталей в летописных освещениях происходящего. Так, Ипатьевская летопись говорит, что сразу после кончины Всеволода «Игорь же еха Киеву, и созва Кияне вси на гору на Ярославль двор, и цело-ваше к нему крест», а затем следует вроде бы нелогичное добавление: «и паки же скупишася вси Кияне у Туровы божницы и по-слаша по Игоря, рекуче, княже, поеди к нам».