в крепость. Вот тюк с парчой для ханум захватил. Посулил, если выгодно
продам, еще полкисета серебра ему отсыпать.
- Удостой мой слух соловьиными песнями, - погладив эфес сабли, сказал
Исмаил-хан. - Твоя доброта да будет примером паломникам в Кербелу. Чтобы
увидеть князя, серебро швыряешь, табун коней, как горсть песка, бросил.
Пехлеван? Велю с тебя шкуру снять - повернешь язык к правде!
- Напрасно грозишь, хан, и так скажу: не пехлеван я, но знаю: князь
Шадиман - щедрый князь. За хорошую весть вернет мне серебро и табун, откуда
иначе взять бедному такое богатство для расплаты?
Шадиман понимал: хан не допустит беседы наедине, хотя купец именно за
этим и пришел:
- Говори, Вардан, у меня нет тайн от благородного сардара... Но, может,
ты устал? Отдохнуть, поесть хочешь? Вон сын твой еле на ногах стоит.
- Ты угадал, светлейший господин, теперь скажу главное. В Исфахан
караван веду, конечно, не явно. Не пожелаешь ли послание Караджугай-хану
отправить? Или благородный сардар окажет мне доверие? Или царь Симон
осчастливит?
- Почему ты и сын в серебристые плащи закутались?
- Светлейший князь, сейчас луна...
- Чубукчи, накорми купцов и проводи в покои Исмаил-хана. - Шадиман едва
заметно опустил веки.
Чубукчи, дотронувшись до левого уха, учтиво поклонился.
Сардару невыносимо хотелось потащить к себе купцов сейчас же, но
Шадиман уже повернулся и спокойно зашагал. Исмаил-хан догнал его и почти
насильно уволок в свой дворец, на праздничную еду. Он неотступно следовал за
Шадиманом, даже за пилавом не спускал с него подозрительных глаз, стараясь
разгадать мысли "змеиного" князя.
Еще дымился в фаянсовых чашках крепкий кофе, а прислужники уже ввели
принаряженных купцов. Вардан пустился в подробный рассказ, как он ловко
обманул майдан, поверивший в его намерение отправиться в Эрзурум торговать
картлийскими изделиями. Турция ему, конечно, как перец - кошке! Он стремится
в благословенный Иран, поведать доблестному Караджугай-хану о состоянии
Картли. Но чтобы вступить в пределы земель шах-ин-шаха, ему нужна пропускная
грамота от сардара персидских войск в Тбилиси.
Вардан не поскупился на проклятия дому Саакадзе, всем его сторонникам и
даже скоту и деревьям. Страшный Моурави преследует несчастного купца за
преданность князю Шадиману. Торговля плохая, Вардан беднеет, его
благосостояние тает, как свеча. Счастливый час возвращения царя Симона в
Метехи - вот в чем спасение Вардана!