Вера заплаканными глазами посмотрела на Антона. Она считала, что имеет право ему об этом говорить. Он должен знать, как им его не хватало. Вера ждала от него объяснений и извинений. Она хотела, чтобы он признался ей в том, что он её отец и пообещал, что никогда её больше не оставит. Она хотела почувствовать его отцовское тепло и внимание. Ей было очень обидно от того, что он вёл себя так скованно и отчуждённо. Но она не решалась сказать ему об этом открыто.
Антон растерялся. Ему показалось, что Вера смотрит на него с упрёком. Но он не чувствовал ни в чём своей вины. Только, знает ли она, что это он убил её отца? Может, Маша ей что-то об этом рассказывала? Антон не знал, как вести себя дальше.
Вера выжидающе смотрела на него, но он молчал.
– Тебе это не интересно? – посмотрела она ему прямо в глаза.
Антон нервно сглотнул:
– Ну, почему не интересно, – виновато отвёл он свой взгляд. – Ведь мы были с Машей очень близки. Я только ради неё и жил все эти годы.
Веру словно кольнули в самое сердце. А как же она? Неужели она ему ничего не значит? Почему он так безразличен к ней? Ведь в ней течёт его кровь.
«А может ему надо дать время? – успокаивала она себя. – Может, ему просто нужно к ней привыкнуть? Привыкнуть к мысли, что она его дочь? Наверное, надо просто набраться терпения. Надо дать ему время, и всё будет хорошо» – твёрдо решила она и постаралась перевести разговор на другую тему.
– Ну, что ты не пробуешь мороженое? – как ни в чём не бывало, улыбнулась она ему. – Растает же.
Антон облегчённо вздохнул. Он уже было испугался, что ему придётся рассказать Вере о своём прошлом. Пока он ещё не был к этому готов.
– Уже пробую, – с радостью принялся он за мороженое. – Вкусно! – довольно кивнул он, быстро уплетая ложку за ложкой.
– А куда же ты так спешишь? – рассмеялась Вера, наблюдая за ним.
– Ну, ты же сказала, что оно растает, – простодушно улыбнулся он ей. – Вот я и стараюсь.
– Ну, ну, давай, – позабавил Веру его вид. Он был похож на ребёнка, который боялся, что у него отнимут его лакомство. – Смотри, не заработай себе ангину.
– Да ну, – с безразличием отмахнулся Антон, – уж мой-то организм закалённый. Он-то уже немало повидал.
– Представляю, – сочувственно протянула Вера. – Нелегко тебе было. Столько лет за решёткой. Всем известно, какие там условия.
Антон сразу сник. Он прекрасно понимал, что ему придётся обо всём рассказать Вере, но он не хотел делать этого сейчас. Он хотел, чтобы они лучше узнали друг друга и стали друзьями. Тогда ему будет легче ей всё объяснить. Тогда у него будет больше шансов, что она поймёт его и простит.