Когда Сергей подошел к Косте, тот изучал удостоверения взятых пленников.
– Вроде не фальшивые, – проговорил он, протягивая их Потапову. – Офицеры ФСБ – старший лейтенант и капитан.
– Осмотри их машину, а я пока вызову ментов, – отдал распоряжение Сергей.
– Вы за это поплатитесь, – подал голос пожилой мужчина, который, судя по его документам, был капитаном ФСБ. – Вы нарушаете закон.
– Закон нарушили вы, – парировал Потапов, – занимаясь прослушиванием моих разговоров. При этом, сдается мне, что санкцию прокурора на подобную деятельность вы вряд ли получили.
– Нашел, – прокричал Костя, вылезая из «жигуленка». – На заднем сиденье чемоданчик, импортное оборудование американского производства. Классная вещь, выдает хорошее качество записи разговоров на расстоянии до ста метров.
– Не трогай пока ничего. Сейчас приедут менты, и мы дадим этому делу официальный ход.
Горчаков приехал через десять минут после звонка Потапова. Однако почти одновременно с ним на месте задержания фээсбэшников появились люди из серого дома.
– Что здесь случилось? – спросил у Горчакова один из подъехавших на белой «Волге» – мужчина в штатском.
Он вынул из кармана удостоверение и представился:
– Майор ФСБ Доронин.
– Ваши люди занимались незаконной прослушкой разговоров депутата городской Думы господина Потапова, – ответил Горчаков, едва взглянув на предъявленное ему удостоверение. – Его охрана обнаружила это и задержала ваших сотрудников.
– С чего вы взяли, что они занимались именно этим?
Горчаков залез в «жигуленок» и вынул оттуда пакет, в котором лежала аудиокассета.
– На этой кассете разговор господина Потапова и его сотрудников, который ваши люди записали, используя «жучок», обнаруженный нами в машине.
Доронин оглянулся по сторонам и, взяв Горчакова за плечо, отвел его в сторону:
– Вот что, майор, советую тебе, пока не поздно, прекратить это безобразие. Отпустите наших сотрудников, отдав им все принадлежащие им вещи, в том числе и аудиокассету, – командным голосом распорядился Доронин, как только они оказались вдвоем с глазу на глаз.
– С какой стати? – твердо возразил Горчаков. – Они что, занимались этим с санкции прокурора? Если так, то мы их, конечно, отпустим. Если нет, я намерен дать делу официальный ход.
Доронин смерил Горчакова ледяным взглядом и прошипел, слегка наклонившись к нему и глядя в глаза:
– Слушай, ты, ментяра, я тебя последний раз предупреждаю, чтобы ты не лез не в свое дело. Если не боишься, что тебя разжалуют в заштатные пэпээсники, и если не хочешь закончить свой трудовой путь начальником детской комнаты милиции где-нибудь за пределами областного центра, то, зная все это, быстренько, без скандала делай все, что я тебе говорю. В противном случае я завтра же подкину вашему управлению собственной безопасности парочку фактов твоей биографии, говорящих о деловом аспекте вашей дружбы с этим господином. – Доронин кивнул на Потапова.