Гюрза стоял, прижав руки к паху. Из-под его ладоней по одежде быстро расплывалось темное пятно.
Наступила мертвая тишина. И в ней совершенно явственно послышался звук падающих на пол капель. Темно-багровые капли срывались из-под ладоней Аслана и, падая на пол, быстро образовывали небольшую лужицу. Он пошатнулся, сделал пару неуверенных шагов. Ноги его задрожали и согнулись в коленях.
Снова дрогнул пол.
Посмотрев на лежащего в луже крови бойца, Макс только головой покачал.
- Он что, совсем дурной был? Не слышал, как ты ножом работаешь?
- Слышал. Но самонадеянно полагал себя более быстрым. Он же моложе...
- Ну и напрасно. Я, по правде сказать, и сам такого никогда ещё не видел. Так что... уважаю...
Когда со стороны городка скользнули в траву две фигуры, я облегченно перевел дух - обошлось без стрельбы. Слава Богу, а то уже все ногти на пальцах сгрыз! Ну... почти все. Прячась за складками местности, спешу навстречу к ребятам.
Это оказались те самые снайперы-новички, которых откуда-то привел Михалыч. Сам он, с их слов остался среди солдат охраны, в качестве гаранта того, что по ним никто не станет стрелять. Так сказать, своей головой поручился.
- А сами они огня открывать не станут, хотя и выступать на нашей стороне тоже не готовы, - присев на корточки, неторопливо излагает старший из снайперов.
- И много их там?
- Под сотню будет... знаю некоторых - вояки серьёзные. Кстати, внешнюю охрану несет другое подразделение - личная охрана руководства. И внутренние посты - тоже их забота. Армия - только для охраны на выезде.
Кирпич с души! Хорош был бы разговор, если б мы на внешнем посту порезали их товарищей.
- А они что, не шибко промеж себя дружат?
- Не похоже на то. Скорее даже - наоборот. Им жестко предписано дружить и не конфликтовать - вплоть до расстрела.
- Во как?! И что же за народ в этой охране? Сколько их? Базируются где?
- Народ всякий. Больше по принципу личной преданности отбирали. Сколько - не скажу, не в курсе. И про место базирования... - разводит руками снайпер.
Ладно - и то хлеб.
По принципу личной преданности, говоришь? Зная взаимную "любовь" таких вот "небожителей" друг к другу, можно предположить, что таковых "преданных" с собою особо много взять не позволили - дабы не создалось ни у кого численного перевеса. А дальше вступает в действие чистая арифметика.
Господская часть поселка - двенадцать домиков. Представить себе, что они будут занимать там по одной-две комнаты - немыслимо в принципе. Этаж - и к бабке не ходи! Значит - от двух до трех десятков "небожителей". Один домик - подобие штаба, около него стоят несколько полувоенных джипов, и ходит часовой. Значит, под размещение охраны отвели последний из оставшихся домов. Почему, один? Да просто все - у десятка домиков рядышком устроены легкие навесы, стоят шезлонги, велосипеды, да и дорожки более ухоженные, чем везде. Как же - все должно радовать взор хозяев жизни! Даже вид из окна.