Чтобы точно определить местоположение передатчика в движении, необходимы минимум два пеленгатора.
С одной машиной, особенно в городе, это становится затруднительным. Во всяком случае, трудно определить с большой точностью.
Так что Андерсу нужно было рассчитывать на худшее.
В свою очередь Девис стал то и дело менять направление. «Крайслер» не отставал.
Чтобы не падать духом, Андерс убеждал себя, что трудностей не предвидится до тех пор, пока не проверят содержимое тайника «DS» и не определят, что в нем сахарный песок.
Теперь они ехали вдоль Атлантического побережья, где катились серые волны с пенными гребешками. Андерсу больше нравилась Флорида.
Через некоторое время Девис указал на большой белый дом, возвышавшийся посреди обширной лужайки, окруженной крашеным деревянным забором. Как и весь квартал, этот дом был, несомненно, старинным, превращенным в прекрасное жилище по мере разрастания города.
— Это там, — указал сопровождающий. — Сверните на аллею и направляйтесь к гаражу.
Андерс поежился. Определить местоположение с помощью пеленгатора совсем не просто.
Он послушался и затормозил перед закрытой дверью гаража, тогда как «крайслер» в свою очередь въехал на аллею, чтобы остановиться позади «DS».
— Выходите, — сказал Бен Девис. — Один из наших парней сейчас поставит вашу машину и принесет чемодан.
Один из пассажиров «крайслера» уже открывал гараж, а другой тотчас же уселся за руль «DS».
Кто-то уже ждал их у входной двери — тип гориллы с низким лбом, который, должно быть, только что покинул своих четвероногих родственников в джунглях Африки. На лице его запечатлелась гримаса, по-видимому, своего рода улыбка; он провел их в салон, стены которого были сплошь покрыты чучелами рыб.
Кроме другой гориллы, с таким же низким лбом, которая, казалось, спрашивала, на какой ноге танцевать, и комнате были еще двое.
Один — маленький пузан на коротких ножках с отекшим лицом. Его смуглая кожа и угольно-черные глаза выдавали средиземноморское происхождение. Итальянец или грек…
И еще одно создание, подобное тем, что видишь в мужских журналах, сидело в кресле, закинув ногу на ногу. Блондинка с крепкой торчащей грудью, с немного усталой улыбкой звезды, слушающей правила игры в любовный треугольник.
Толстячок с улыбкой от уха до уха протянул руку.
— Как себя чувствуете, дорогой друг? — осведомился он дружелюбно. — Я надеюсь, что путешествие было прекрасным…
— Великолепным, — подтвердил Андерс, пожимая его заплывшие жиром пальцы. — Счастлив вас видеть…
По ходу он отметил, что тот не представился и не счел нужным произносить имя Дарсонваля. Возможно, из-за того, что они были не одни.