Ни хрена не понимаю.
– А на других каналах?
– Обрывки чего-то мелькают, но я всё никак не могу… Вроде есть и федералы, и арабы…
Понятно, что ничего не понятно.
– Эй, все сюда! – послышалось с улицы, где оставались Си Джей и Дойл.
Мы выбежали из зданий блокпоста к стоящим около открытого заднего люка БМП… И я моментально учуял в воздухе отвратный запах разлагающейся плоти.
– Командир, взгляни, – Дойл указал стволом своего пулемёта на что-то внутри салона бронемашины.
Это оказался мертвец, чья одежда была залита обильно кровью, сжимающий в руке потёртый «кольт-1911».
– Труп свежий, – заметил Дойл. – Пара дней.
– Феее!.. – послышалось из-за БМП.
– Си Джей, – невозмутимо пояснил капрал на мой невысказанный вслух вопрос. – Увидал жмурика и блюёт.
– Я не блюю – просто не хочу вдыхать ароматы покойников, – послышался сдавленный голос снайпера, который действительно не любил подобных зрелищ.
Всё-таки когда привыкаешь убивать врагов на расстоянии в несколько сотен метров, смотреть после этого на трупы вблизи, мягко говоря, непривычно…
– Федерал?
– Да. И похоже, что как раз из второго пехотного.
– Хреново.
– Ещё хреновее то, что его не просто убили – его зарезали. Видите дырку у него в боку?
Зарезать кого-нибудь в бою? В современном бою? А почему сразу не алебардой зарубить или из лука застрелить? Примерно настолько же реалистично.
Вот только у федерала проткнута печень, а значит, его не сняли втихую, как часто режут часовых. Там бьют в горло или в почку, а тут удар нанесли спереди. Ну, или надо быть совсем дилетантом, чтобы так сильно размахиваться, одной рукой зажав врагу рот, а второй бить спереди в печень…
– М-да… – протянул я, повнимательнее пригляделся к сидящему внутри бронемашины трупу и достал с пояса мультитул.
Разложил его, превращая в кусачки, и наклонился к мертвецу, извлекая с помощью инструмента кусок металла, торчащий у него из бока.
Просто кусок металла, а не нормальное лезвие ножа. Даже не кухонного. Похоже на кусок какой-то обшивки или детали. Грубо, очень грубо заточенный – край лезвия ребристый получился. Металл, видать, паршивый, ни разу не оружейный, вот и выкрошился. Как бритвой такой штукой не побреешься, зато раны получатся куда хуже, чем от нормального клинка – тут же почти серейторная заточка получилась, а такой даже канаты можно перепиливать… А в человеческом теле наверняка оставит крайне паскудную рану с рваными краями.
Если, конечно, не сломается, как здесь.
– Кусок лезвия? – поинтересовался Юрай.
– Нет, – покачал головой Дойл. – Точнее, не кусок фабричного лезвия. Какая-то самоделка – просто заточенная железяка.