– С моей стороны было, конечно, весьма неучтиво не появляться у вас так долго, – смиренно произнес молодой самурай. – Но вы должны простить меня, у меня не было возможности. А потом Ямамото сказал, что вы умерли!
– А-а! Опять этот Ямамото! – воскликнула О-Ёнэ. – Да как он мог! Ведь это он сказал нам, что вас не стало! Он хотел вас обмануть, вы же такой доверчивый! Возможно, до отца моей госпожи дошло, что вы ей понравились, вот О-Куни, новая жена господина Иидзимы, и велела Ямамото сказать так. А уж как моя госпожа убивалась! Она хотела волосы обрезать и в монастырь уйти! Я ее еле отговорила. В конце концов, монахиней можно стать и просто так, без монастыря. Потом отец хотел мою госпожу выдать замуж за одного человека, а она отказалась. Ну, потом у нас были еще всякие неприятности, из-за О-Куни, конечно, так что нам пришлось уйти из дома. Но мы подыскали себе маленький домик в Янака-но-Сасаки, и теперь там живем. Делаем кое-что, жить ведь как-то надо. Моя госпожа постоянно читала нембуцу в память о вас. А сегодня, в первый день Бон, мы обошли несколько храмов, и вот, домой идем. Только задержались сильно. А тут такая встреча!
– Поразительно! – воскликнул Синдзабуро. – Я просто ушам своим не верю! Мне все кажется, что это сон. Я ведь тоже все время читал нембуцу перед поминальной табличкой. Вот, смотрите! – И он показал О-Цую табличку с ее именем в домашнем алтаре.
– О, господин, мы вам очень благодарны за ваши поминальные молитвы, – ответила О-Ёнэ с улыбкой. – Но вот моя госпожа… – она повернулась к О-Цую, которая до сих пор не произнесла ни слова и сидела, прикрывая лицо широким рукавом кимоно. – Моя госпожа… она даже готова на то, чтобы отец отрекся от нее на семь воплощений , да что там! – она готова умереть ради вас! Но нам пора идти… Хотя поздно-то как! Может, мы у вас переночуем?
Синдзабуро даже побледнел от радости. Едва сдерживая рвущееся возбуждение, он как мог учтиво попросил:
– Пожалуйста, очень прошу вас, останьтесь сегодня на ночь у меня… Только лучше бы не говорить громко, а то рядом у меня живет такой любопыный человек… Хакуодо Юсай. Он чудаковатый, как, впрочем, наверное, все нинсоми… Предсказывает судьбу по лицам, знаете ли. Лучше, чтобы он не знал, кто у меня в гостях.
Так и случилось, что обе женщины на эту ночь остались в доме Синдзабуро, а к себе отправились перед самым рассветом. И следующую ночь они провели у него в доме, и следующую… на протяжении семи ночей, независимо от погоды, они появлялись у него всегда в один и тот же час. Синдзабуро был счастлив. Двух молодых людей все прочнее связывали иллюзорные путы, которые, как известно, крепче железных.