И действительно, новые дневальные предъявили к нему лишь те требования, которые не противоречили здравому смыслу. Пол приходилось мыть лишь там, где была грязь. Мыло применять они не заставляли. Даже придирок и насмешек по отношению к обоим нарядчикам со стороны дневальных не было. И Кулешов и Зайцев теперь оказались в равном положении и имели возможность все дольше отдыхать, сидя на тумбочке. Лишь сержант — дежурный по роте — иногда прикрикивал на недавних нарушителей. Так, он ударом ноги разбудил задремавшего как-то Кулешова и сделал серьезное замечание дневальным: — Не зевайте, а то сами окажетесь на полах!
Те немедленно отреагировали и заставили виновника еще раз промыть туалет.
Наконец, исполнились ровно сутки с момента начала отбывания внеочередных нарядов. К удивлению Зайцева, в первый день его наказания в казарме не появилось ни одного офицера. — Ну, и хорошо, — думал он, — что старшие военачальники не видят моего унижения.
Вечер прошел вполне спокойно. И хотя дневальные на этот раз не заставляли нарядчиков по нескольку раз перемывать полы, свои четыре часа без сна Зайцев и Кулешов вынуждены были в основном отсиживать, ожидая очередных вызовов на уборку. В два часа ночи они, наконец, улеглись и забылись крепким сном.
Наутро все повторилось. Убрав умывальник и промыв полы в спальной части двух взводов, Иван присел на табуретку. Вдруг раздалась команда: — Рота, смирно!
Зайцев подскочил, держа руки по швам.
— Товарищ капитан, за время моего дежурства в роте происшествий не случилось, дежурный по роте сержант Базулин! — послышался рапорт дежурного. — Вольно! — подал команду капитан. — Вольно! — отреагировал дежурный. Иван сел. Но он недолго отдыхал в неведении, что за капитан пожаловал сейчас в роту.
— Курсант Зайцев! Зайдите в канцелярию! — последовал окрик дежурного сержанта.
Войдя в канцелярию с соблюдением соответствующего ритуала, Иван увидел там хорошо знакомого капитана Вмочилина. — Садись, Зайцев, — пригласил замполит. — Что ты там такого натворил?
— Ну, я думаю, вы все знаете, товарищ капитан!
— В общем-то, да. Я вчера весь вечер просидел в условленном месте. Ведь вчера была пятница, но ты что-то не пришел. Тогда я позвонил в роту и узнал у сержанта Попкова, что у вас тут случилось. Зачем ты бил Кулешова?
— А как бы вы поступили на моем месте, если бы вас сзади ударили по голове?
— Да, наверное, так же, как и ты. Но знаешь, армия есть армия, и прапорщик Москальчук был по-своему прав. Все-таки стычка у вас была. Я, конечно, мог бы отменить объявленные тебе наряды, но, сам понимаешь, что тогда твои товарищи подумают? Советую быть следующий раз осторожней и на рожон не лезть. А я поговорю с Кулешовым.