Сузившиеся глаза, потемневшая до грозового неба радужка, сжатые кулаки — было ощущение, что еще немного, и дракон, минуя слова, перейдет сразу к действию, но черноволосый сдержался.
— Где вас носило целых три дня! Три дня, слышишь! Я чуть не поседел за это время!
— Три? — бесстрастно уточнил Лим.
Рыжий вновь нацепил на себя маску аристократического отморозка, в котором эмоции напрочь выжжены сжиженным азотом еще в ползунковую бытность.
Тень, до этого ютившийся у ног Аарона, в мгновение ока скользнул ко мне, как будто это не я шлялась незнамо в каких временах и подворотнях, а он блудным сыном вернулся домой.
Не иначе как получил нагоняй от «старшего по званию».
— Я строил пентаграмму с откатом на сутки назад, чтобы мы появились в нашем времени накануне бала…
Аарон сложил руки на груди.
— Плагиатор, это была моя идея, — процедил ящер.
Они буквально прожигали друг друга взглядами, а во мне зрело желание ощипать крылья этому птеродактилю, как оказалось, специально подгадавшему, чтобы провести вместе со мною ночь в квартире!
— Может, и твоя, но у меня не сработала. Нас перебросило из прошлого, судя по твоим словам, на три дня вперед. Видимо, выброс силы был мощнее, чем могли удержать направляющие пентаграммы, вот точка переноса и исказилась.
«Это они еще так договорятся до того, чем же меня так напугал Лим, что я сдетонировала…» — пронеслось в мозгу. «Группа поддержки», прибывшая вслед за Аароном, хранила немое молчание, лишь с умеренным интересом глядя на дамское платье рыжего.
— Ребят, я жутко извиняюсь, но у вас чего-нибудь поесть не найдется? — обратилась я к инквизиторам-кордебалетчикам, понимая, что в данном случае лучший способ погасить конфликт — переключить внимание.
Тень молчал, руководствуясь принципом «тише воды, ниже травы», и ластился к ногам.
Один из инквизиторов, самый упитанный, с густой щеткой усов, похлопал руками по карманам и выудил пачку жвачки и пару мятных леденцов.
— Я — идиот. Совершенно забыл, что ты ничего не ела… — сокрушенно прошептал Лим.
Как ни странно, но желудок перебил своего хозяина, издав такую руладу, что окрестные оборотни удавились бы от зависти. Как оказалось, благородное воспитание благородным воспитанием, а вот перед некоторыми законами физиологии этикет, увы, бессилен.
— Как и я, — смущенно добавил он.
Аарон лишь вздохнул, покачав головой.
— Пойдемте в отделение, что ли, жертвы временного Освенцима, — проговорил он, разом теряя весь запал.
Спустя час я, замотанная с головы до пят в жесткий шерстяной плед, сидела в кресле и клевала носом: сытный ужин с гречкой и мясом сделал свое коварное дело. Меня разморило. Лим, Аарон и еще несколько магов собрались вокруг стола и занимались тем, что называется «мозговой штурм». Версия с Распутиным, увы, провалилась, а время поджимало.