- Я взяла с собой, необходима тонкая настройка. Одно правило – не более двенадцати часов.
- Оденьте помолвочные украшения, Амбер. Этот бал приурочен к Дню Семьи и Дню Гранполиса и так как мы все одна большая, верная и дружная семья, все женщины наденут свои свадебные украшения.
- А просватанные, но еще не имеющие своих комплектов придут простыми? Так было три года назад.
- Живые цветы,- лаконично ответила старуха. – Лучше, чем чужие украшения.
Настройка амулета не заняла много времени. Но расстроила меня:
- Как можно так издеваться над собой?
- Мой супруг любит меня, и называет своей вечно юной легконогой ланью,- грустно улыбнулась миледи, прикрывая подолом изуродованные вылезшими венами ноги.
- Вам стоит обратится к целителю. Хотя бы тайно.
Собираю пожитки в ридикюль и прощаюсь с миледи. И кто знает, может в этот раз, двери благородного дома для мене еще откроются.
- Ты доволен, Марципан? Всю лужайку осмотрел?
Марципан остановился, напрягся, поднял шерсть и зарычал. На другой стороне стояла миледи Кёльвэ. Она смотрела на меня с такой дикой ненавистью, с такой яростью и обидой, что мне стало не по себе. Что происходит? Это вы лишили меня дома, состояния, титула. Чем вы еще не довольны?
Поднимаю руку на уровень груди и «отстраняю зло». Простой жест вызывающий малый щит от сглазов и проклятий. Кёльвэ краснеет и отворачивается.
- Идем скорее, Марципанчик, может они мне библиотеку простить не могут? Так не достанется им ни единой книжки. Мы не семья,- шепчу я свою мантру. Лёвэ и Кёльвэ не семья. Навсегда. Костьми лягу, а черная полоса встанет между нашими фамилиями в списке Знатных Фамилий Гранполиса.
Чтобы взбодриться покупаю себе сахарную вату, а для пса сахарную косточку. Мы сидим у маленького фонтанчика, я окунаю пальцы в воду – делаю вид что ловлю рыбку. Весенний дворик – утопленная в цветах квадратная площадка между четырех домов. В каждом квартале есть свой фонтанчик и клумбы, где за каждым домом закреплен свой участок. И раз в год, осенью, проходит конкурс на самый красивый дворик.
- Не оборачивайся,- меня обдало морозом. Марципан замер.
- Тень?
- Ты испугалась меня. Почему? Я не хочу тебе зла.
- Я понимаю,- выдыхаю я, и нелюдь присаживается рядом со мной. По зеленым травинкам, пробивающимся сквозь плиты дворика, ползет изморозь. Камни сопротивляются дольше. – Что это? Те шестеро, ты их выпил?
- Мне нужно было восстановится,- в его голосе не появилось ни капли эмоций. – Люди платят за смерть других людей, разве есть в этом моя вина?
- Я не обвиняю.
- Ты испугалась,- напомнил Тень.