Ужас подстегивает каждый удар моего сердца, пока я жду Абдула. Он снова сделает мне больно. Заставит меня сделать что-то отвратительное. Сажусь на матрас и жду. Я не поприветствую его. Не буду притворяться или играть в какие-то игры. Он монстр, и все, что я могу сделать, — это попытаться выжить.
И он приходит. Пока он, важничая, проносит сквозь дверной проем сначала живот, его жестокие блестящие поросячьи глазки осматривают меня, опустившись в первую очередь на грудь.
— Что, и никакого поцелуя для любовничка? — спрашивает он, смеясь так, будто выдал невероятную шутку.
Я не отвечаю. Просто жду, уставившись на него. Он облизывает губы, снимает ремень с кобурой пистолета, достает ружье из-под кожи и кладет его на свою сторону. Его поведение меняется, и я знаю: началось.
— На колени, шлюха.
Я встаю на колени, повернувшись к нему и оставив руки на бедрах.
— Снимай одежду. Всю.
Я раздеваюсь и, обнаженная, встаю перед ним на колени. Колени дрожат, кожа липкая от холодного пота. В груди безумно барабанит сердце, и меня могло бы вывернуть наизнанку, если бы, как я знала, это не рассердило Абдула. Это выживание, напоминаю я себе. Не гордость.
— На колени, шлюха.
— Я уже на коленях, — говорю я, не споря, а просто спокойно указывая на факты.
— Нет! На колени, как собака. Как шлюха, коей ты и являешься! Отвернись от меня.
Я с трудом сглатываю и двигаюсь, чтобы подчиняться; меня так сильно трясет, что я едва могу пошевелиться. Будучи проституткой, я делала много мерзких вещей. Я сталкивалась со страхом. Меня били, мне угрожали, причиняли боль. Принуждали делать аборты. Насиловали.
Но то, что делает со мной Абдул… это совсем другое. Только он действительно вызывает во мне ужас. И вот мои колени сквозь матрас упираются в твердый пол, локти, дрожа, едва могут удержать мой вес, и вот теперь я познаю ужас так, как никогда раньше.
Знаю, он подтолкнет меня к чему-то, я откажусь, а он меня убьет. И тогда всё закончится.
Я слышу его движения за спиной. Я слышу сигнал — звон пряжки, и во рту все пересыхает. Я опускаю голову, расслабляю плечи и спину, готовлюсь к его жесткому вторжению. Но вместо этого он бьет меня по заднице так сильно, что я не могу остановить крик.
Он бьет меня по заду снова и снова, пока не отползаю прочь.