— Даш, прости меня, прости! Ты права, я вел себя как эгоист, не слушал тебя. Мы же будем семьей, нам надо находить компромиссы.
— Это ты меня прости, — покаялась Даша, — не знаю, что на меня нашло.
— Это вино в голову ударило, — усмехнулся Феликс и встряхнулся, когда порыв ветра швырнул ему в лицо пригоршню брызг. — Ух, льет-то как! Подожди меня здесь, я сбегаю в машину за зонтом и вернусь за тобой.
— Бежим вместе! — Даша с азартом схватила Феликса за руку и выскочила под ливень. Вода вмиг смыла все невзгоды, и она в эйфории закружилась под дождем, запрокинув лицо к небу и подняв руки. Все хорошо, они с Феликсом помирились, и в ее айсберге-женихе, оказывается, пылает вулкан страстей.
— Сумасшедшая! — прокричал Феликс, натягивая ветровку на голову и пытаясь укрыться от дождя. — Бежим скорее!
Он хотел накрыть ветровкой и Дашу, но та резво отскочила в сторону, угодив в самый центр большой лужи, и обдала брызгами себя и Феликса с ног до головы. Феликс охнул, отряхиваясь, а Даша звонко, по-русалочьи расхохоталась.
— Даш, что ты там застряла? Скорей в машину!
Она покачала головой и поманила жениха к себе. Шалить так шалить!
— Иди ко мне. Будем целоваться!
Феликс с сомнением покосился на лужу, потом на Дашу. Явно боится промочить ноги. Неужели она в нем ошиблась, огорчилась Даша. Антона бы не остановила какая-то лужа. Но в следующий миг Феликс, будто решив что-то для себя, стремительно шагнул к ней, поднимая брызги, и их губы встретились сквозь радугу дождя. Это было волшебно, почти как с Антоном. Феликс даже забыл про ливень и не спешил прервать поцелуй.
Какая-то машина, выезжавшая со стоянки, просигналила им, и они отпрыгнули к обочине, а затем, взявшись за руки, побежали искать машину Феликса.
В салоне с них тут же натекла лужа, Феликс включил обогрев, и Даша с наслаждением подставила озябшие ладони теплому воздуху. На заднем сиденье стояли пакеты из книжного и из мужского магазина. Похоже, Феликс успел закинуть их в машину, пока искал Дашу.
— Ты похожа на русалку. — Жених влюбленно смотрел на нее.
— Такая же мокрая и холодная? — поддразнила его Даша.
— Такая же красивая и желанная, — низким от страсти голосом проговорил он и снова поцеловал. Его руки нетерпеливо скользнули под намокшее платье, и этой порывистостью он напомнил Даше Антона. — Милая, поехали ко мне…
Она на миг замерла. С момента подачи заявления они ни разу не были близки. И несмотря на то, что тело жаждало ласки, Даша сердцем чувствовала, что торопиться не стоит.
— Не сегодня, — она отодвинулась на сиденье, почти вжавшись в стекло, по которому стучал любопытный дождь.