Я увидела страх в глазах моего парня или мне показалось? Он кивнул, подошел к костру и поднял с земли железный прут, кончик которого опустил в угли.
У меня глаза округлились. Я искала среди толпы Назара, но лица игроков были скрыты капюшонами.
— Лана, ты должна быть сильной, — предупредил Эрик.
— В смысле?
Не понравилось мне его наставление. Я и так решилась на крайние меры, чтобы вернуть родных. Что может быть хуже?
Эрик вцепился в мои плечи так сильно, что от боли я не могла двинуться с места. И в это же время за спиной услышала шум.
Вскоре Эрик ослабил хватку, прикрыл глаза и аккуратно развернул меня.
Никогда не видела ничего подобного. Впереди стоял черный гроб, а за ним алтарь, вокруг которого мерцали тысячи свечей. Игроки казались сплошной черной полосой. Не могла узнать среди них даже Илью.
— Ложись, — приказал мужчина, пальцем указывая на гроб.
Онемев от страха, я замотала головой.
— Ты подписала договор. Запомнила его пункты?
Конечно, я запомнила, как мантру. Я представила лица родителей, улыбки, объятия и с болью вздохнула.
Впереди все так же стоял гроб, обитый внутри белой атласной тканью. Я подошла к нему вплотную, но лечь не решалась. Это казалось выше моих сил.
— Ложись! — закричал Эрик, и я вздрогнула. — Ложись!
В бессознательном состоянии опустила ногу на мягкое дно гроба, а потом глубоко вдохнула, будто собиралась нырнуть под воду, и легла.
Надо мной склонились игроки в мантиях, и я увидела глаза Ильи. Холодные, бездонные и сверкающие. Он безустанно что-то шептал, но я не могла разобрать, что именно.
Крышка гроба захлопнулась, погружая меня во тьму — вязкую, беспроглядную, пустую. Мысли и чувства погрязли во мраке: и сном не назовешь, и реальностью.
Когда я услышала, как комья земли бьются о крышку, то потеряла не только дар речи, но даже способность двигаться. Крик застрял в горле, сразу накрыла паника. Казалось, это конец. Никогда не думала, что так отчаянно захочу жить. Что если задохнусь? Вдруг они просто закопали меня живьем для безумного обряда и принесли в жертву своим богам! А договор и родители всего лишь иллюзия? Какой кошмар! Как я могла быть такой дурой?! Они все здесь ненормальные!
Когда звуки стихли, я начала так сильно биться в замкнутом пространстве, что крышка заскрипела. Самое страшное, что после этого ничего не изменилось. Как лежала в гробу, так и лежу. Пришло осознание того, что воздуха надолго не хватит, и я вот-вот задохнусь. Накатила новая волна паники и, чтобы хоть немного успокоиться, впервые в жизни я стала молиться. Слова брала из проповедей тети, телевизионных передач. Казалось, что только Бог способен освободить меня.