— Думаю, мне стоит вернуться, пока меня не хватились.
— Как скажешь, — ответил морпех.
В молчании они оделись и покинули маленький домик. Бэт Энн была босиком — лабутены полетели в помойку раз и навсегда, а платье, некогда бывшее эффектным и воздушным, теперь было повисшей ветошью унылого грязного цвета. Девушка понятия не имела, куда подевались ее трусики, но было бы унизительно спрашивать у Кольта.
Мужчина подогнал рабочий джип, и она села в него.
— Куда?
— В мой салон, — ответила Бэт Энн и снова попыталась придать подобие порядка спутанным прядям. — Хоть мне и не терпится пойти, и всыпать моей веселой младшей сестре, я не могу появиться в родительском доме в таком виде.
Кольт хмыкнул.
— Ты взрослая.
— Я не о них беспокоюсь, — девушка задумалась и замолчала.
— А о ком?
Она бросила на мужчину быстрый взгляд и прикусила губу.
— Ну, просто... если это дойдет до Аллана, он распереживается и будет хвостом ходить за мной по дому, чтобы убедиться, что я в порядке, а мне просто не хочется нервотрепки.
Его руки сильно сжали руль, и Бэт Энн спросила себя, что на этот раз она сказала не так.
— Понятно.
Они въехали в город в неловком молчании. Бэт Энн была почти не рада видеть яркую розовую вывеску «Калифорнийской Мечты». Ее маленький дикий уикенд подошел к концу. Больше никакой грязи, никаких походов.
И больше никакого Кольта.
Останется только Люси, которая и не подумает о малейших угрызениях совести, раз ее старшая сестра застряла в лесу на все выходные. Останутся родители, которые просто укоризненно покачают головой, не понимая ее стремления к самодостаточности в ее двадцать семь. Только Аллан, который будет слоняться за ней днями со своим щенячьим взглядом и надеждой, что от чувства вины она вернется к нему.
Девушка тяжело вздохнула, когда машина свернула к ее салону.
— Еще раз спасибо, что подвез, — прощалась она с Кольтом. — Увидимся в городе.
Тот ответил ей коротким кивком.
Бэт Энн открыла дверь, выскальзывая из автомобиля.
Его рука поймала ее ладонь, и она оглянулась, внезапно охваченная надеждой.
— Ключи, — бросил он.
— Ключи?
— От твоей машины. Я пригоню ее, когда все машины эвакуируют.
Ох.
— Конечно, — поспешно ответила она и порылась в маленькой погубленной сумочке. Ключи были тоже в грязи, и Бэт Энн отстегнула ключ от «Фольксвагена» от связки. — Вот, держи.
Кольт кивнул, и девушке почудилась, что она увидела намек на его ямочку. А потом она хлопнула дверью, и мужчина уехал.
Он просто уехал. Прощайте, выходные. Здравствуй, реальность.
Со вздохом она отперла дверь и вошла. Автоответчик мигал, и не удивительно. Проигнорировав назойливый аппарат, Бэт Энн направилась к большому зеркалу у парикмахерского кресла. Ну да, видок был паршивым. Она принялась за работу — вычесала колтуны, выпрямила пряди и завила концы. Под ногтями была грязь, девушка исправила это и перекрасила ногти на руках и ногах, и увлажнила кожу стоп. Ее бедные ноги настрадались за эти дни. Затем уселась и стала листать давно прочитанные журналы. Когда тянуть время стало уж совсем глупо, она вошла в свою кладовку, где держала надувной матрас и несколько смен одежды. Раздевшись, швырнула напрочь погубленное платье в мусор. Бэт Энн переоделась, натянула одноразовые шлепанцы и набрала номер родительского дома, ненавидя сама себя за это.