Значит, угрозы, да, дорогой? А вот этого я действительно очень боялась. Стоило лишь представить себе такую жизнь, как я расплакалась. Тут даже не поможет то, что любимый человек рядом.
— Ада, малышка, ну что ты? — опять не заметила, как оказалась в объятиях этого несносного мужчины. Когда только успел? — Не сделаю я этого.
— Еще добавь «обещаю» или «клянусь», — заметила я, чуть успокаиваясь, — и я тебе сразу поверю.
Услышала ставшее традиционным, укоризненное:
— Ада-а.
— Чего ты хочешь? — все-таки додумался спросить у меня мой драгоценный и недалекий мужчина.
— Хочу, чтобы ты перестал принимать решения, не поинтересовавшись моим мнением. Ты не можешь знать, что для меня лучше, а что нет, — я указала на метку. Кстати, в ванной комнате я ее долго рассматривала. Вполне себе терпимо. Думала, будет смотреться намного хуже.
— Можно подумать, что ты недовольна тем, что мы теперь вместе? — скептически произнес Волжанов.
— А это, как посмотреть.
— Ада-а.
— Что Ада? Антон, я все понимаю. Ты считаешь себя неотразимым и даром Богов. Ты мне даже нравишься. Но это ничего не значит, я совсем не чувствую себя счастливой.
— Совсем? — нахмурился мужчина.
— Может быть в редкие моменты.
— Я попробую, девочка моя. Не буду даже обещать, что у меня получится, но попробую. Я так понимаю, что просить тебя указывать мне на ошибки не стоит, сразу закатишь скандал? — я лишь кивнула. — Вот не думал, что ты такая склочная, — уже улыбаясь, добавил он. Я вот тоже как-то раньше за собой тяги к скандалам не замечала. Считала себя очень спокойной и покладистой. — Но прошу, перестань мне каждый раз угрожать своим уходом. В паре это просто невозможно или ты желаешь, чтобы я подох от тоски?
— Я не понимаю.
— Я как-то иногда забываю, что ты — обычный человек. Видишь ли, милая, до привязки я еще мог бороться с желаниями своего волка видеть тебя рядом, но после того, как поставил метку — ты стала для меня единственной. Единственной не только в плане верности. Другие женщины мне теперь не просто неинтересны, а стали раздражать. В самом широком плане. Я не знаю, как тебе объяснить. Обычно, если один из оборотней, состоявший в паре, умирает, второй следует за ним в ближайшие полгода-год.
Вероятно, мои глаза округлились. Не представляла, что у них все так серьезно с этой парностью. Теперь хотя бы отчасти становилось понятно, почему Антон так бесился.
— Оборотни всегда заботятся о своей паре, делают для нее все возможное и невозможное. Поэтому для меня странно слышать, что тебе может быть плохо рядом со мной. Ты пока не понимаешь этого, но я готов для тебя на все. На все, Ада. Буквально. Я убью для тебя, прогнусь. Я сойду для тебя с ума.