- Он меня продал тебе, навязал, хотя обещал не вмешиваться в мою жизнь. Я сама должна была решать…
И вдруг слёзы потоком хлынули из моих глаз, подобно дождю, бегущему в грозу по оконному стеклу. Не могла их остановить, как ни сжимала кулаки и зубы, чтобы не зареветь, как ни прижималась спиной к спинке дивана, стараясь сохранить достоинство. Валера попытался было меня обнять, я отшатнулась от него.
- Не смей ко мне прикасаться! – ожесточённо взвизгнула. – Я плачу не по тебе. Что по тебе реветь, если в тебе изначально был «бзик» на почве больной любви к такой же лживой, как ты, однокласснице. – Мне хотелось задеть его побольнее. - А наша с тобой жизнь – это мой самообман! Я себя ненавижу за то, что надеялась, что когда-нибудь ты нас с Тошкой полюбишь.
- Я люблю вас! – Валера снова хотел коснуться меня, я брезгливо поморщилась и выставила перед собой ладони, чтобы остановить его. – Ты не веришь мне, потому что я никогда тебе об этом не говорил. Да я и сам не знал. Теперь знаю. Увлечение Наташей закончилось, поверь мне. Мне нужны только вы, я весь день с ума сходил от мысли, что могу потерять вас.
- Ещё бы! – зло фыркнула я и обвела глазами комнату, уставленную новой мебелью, купленной на деньги моего отца.
Валера понял намёк и побагровел.
- Квартира тут ни при чём, - сказал он резко.
В ответ я передёрнула плечами, показывая, знаю, мол, чего ты больше любишь.
– Да, ни при чём!– повторил муж. - Когда Мирела нагадала, что ты моя судьба, я сразу поверил ей, потому что ты мне нравилась. Но я не мог за тобой ухаживать: слухи ходили, да и Андрей намекал, что ты за ним бегала. А я не хотел ссориться с другом. Не в моём правиле перебегать другу дорогу. А на море в Сочи обо всём забыл, не в силах был сопротивляться возникшему влечению.
- Бедненький, претерпел такое адово влечение, что преспокойно потом отказался признать ребёнка, родного по крови, - хмыкнула я.
- Чёрт, мы же договорились не вспоминать то время! Я же признал, что поступил тогда подло и попросил прощения! – вознегодовал Валера. – Я же говорил, что был испуган. Обещал родителям не жениться, пока не выучусь, только поэтому они согласились мне помогать. И потом ты мне так грозила, что я из протеста стал сопротивляться. Какому мужику понравится, когда женщина наступает на него, женись и всё тут, иначе плохо тебе будет! Я же женился – зачем снова толочь в ступе воду?
- Это не я толку, а ты своей любовнице поплакался в жилетку, какая я гадкая шантажистка...
- Я не рассказывал ей ничего такого, - сконфуженно произнёс муж. - Не пойму, как она узнала!