— Это ты…
— Да. Я. Вот и встретились снова, Роман…
Елена не искала дорогу через топи — она знала путь. Безопасная тропа состояла из череды кочек и особо толстого слоя сплавины. Такое знание стоило дорого, ведь в разное времена года через болото нужно было ходить по-особому.
Легко опираясь на шест, женщина вывела семью Михаила на твёрдую землю. Но времени благодарить или объясняться со старым знакомым не было. Анюта с Олежкой насквозь вымокли в тине. Начинало смеркаться и ночной холод грозил заморозить спасённых. Роман быстро собрал в лесу древесину и начал разводить для всех общий костер. Тем временем сказалец велел сыну стягивать вымокшую одежду. В рюкзаке для парня нашлось сухое одеяло. Елена поспешила развязать свой вещмешок и достала оттуда одежду для девушки. Она хотела сама заняться Анютой, но Михаил её остановил:
— Не нужно, я сам разберусь. И… Спасибо тебе. Ты ей жизнь сегодня спасла.
Пожав плечами, молодая женщина просто отдала в его руки чистые вещи. Михаил отвёл Анюту в сторону и начал быстро её раздевать. Оставшись без всякой одежды, та сразу же сжалась от холода. Температура вечернего воздуха падала быстро. Но перед тем, как отдать сухие вещи, скиталец проговорил:
— Никому не показывай шрамы и татуировки. Молчи, не демонстрируй своих острых зубов. Никто не должен знать, что ты Навь. Тем более эти люди.
Анюту колотил озноб. Обхватив себя руками, она дрожала всем телом. Ей было нужно согреться.
— Т-ты… Ты… — всхлипнула девушка. — Ты не спас меня…
Михаил крепче сжал рубашку в своих руках.
— Ты жива, а это главное.
— Нет. Ты н-н-не спас меня, — вновь повторила Анюта. С её волос ещё стекала ледяная вода, а в глазах затаилась обида.
— Олежка был ближе, его можно было спасти. Он вёл себя правильно, а ты всё забыла! Почему ты не сбросила свой рюкзак?
— Н-н-нел-л-льзя было б-б-бросать рюк-кзак, — простучала зубами Анюта. — С-с-с-ним «Пера». Нельзя её б-б-бросать…
Меховой чехол винтовки был всегда пристегнут к поклаже Анюты. Нормальный человек провалившись в трясину не обменял бы жизнь на оружие, но для Нави винтовка была больше, чем просто оружием. Девушка бережно хранила её и украшала резьбой. Михаил даже слышал однажды, как она с ней разговаривала, обращаясь то ли к самой винтовке, то ли к своим дремучим богам.
— Всё равно — глупо. Из-за тебя мог погибнуть мой сын…
Только после жестокого допроса на холоде глава семьи наконец начал её одевать. Взгляд скитальца упал на дрожащие пальцы Анюты. Перчатки исчезли и лишь чудом символ ярила ещё никто не заметил. Порывшись в своём рюкзаке, Михаил нашёл чистые лоскуты и поскорее забинтовал руки девушки.