– Я все еще не вижу, на что ты показываешь, – сказала я, приближаясь к камину.
– Еще немного. Там! Видишь?
Я стояла на цыпочках, ловя отблеск чего-то золотого. Нахмурилась - не могла вспомнить
эту золотую кладку на мозаике. Я что-то пропустила?
Когда мои пальцы сомкнулись вокруг него, и я рассмотрела объект на уровне глаз, испуганно вздохнула.
– Ной!
Я повернулась. Он стоял на одном колене позади меня с натянутой улыбкой и лесными
хомяками, торчащими из кармана.
– Лекси Эллисон, – начал он, – когда ты ступила в лифт год назад, я понятия не имел, как
сильно ты изменишь мою жизнь. Ты мое солнце, моя луна и мои звезды, и каждый
драгоценный камень во Вселенной. Окажешь ли ты мне честь стать моей женой? – слезы
затуманили мои глаза, я кивнула и посмотрела на кольцо. На нем был большой
фиолетовый аметист, покрытый яркими изумрудами, и выглядел он точно так, как я
всегда себе представляла.
– Да, – я вздохнула. – Конечно!
Тогда Ной встал на ноги и помог мне надеть кольцо. Оно идеально подошло – не слишком
большое, не слишком маленькое. Впору.
Грызуны извивались в карманах, ища что-то блестящее или съедобное. Ной наклонил мою
руку к ним, чтобы показать кольцо.
– Не трогать, – предупредил их. – Может оно блестящее и красивое, но явно не для вас.
– Оно мое, – проговорила я, затем ухмыльнулась Ною. – И ты тоже.
– Отныне и во веки веков.
Он улыбался в ответ и постучал по нагрудному карману моей рубашки. Ладно-ладно, его
рубашки. На мне одна из старых рубашек Ноя, а под ней ничего. Он сказал мне несколько
месяцев назад, как сильно любит опрятность, поэтому я конфисковала половину рубашек
с воротником из его шкафа. Они стали моей ночной формой для свиданий на дому.
Рука Ноя снова коснулась моего нагрудного кармана, и я задрожала от удовольствия.
– Я бы также хотел, чтобы они были частью этого, – пробормотал он.
Я глянула на его руку и приподняла бровь.
– Мои сиськи?
– Нет, мальчики, Берт и Стэн. У меня тоже есть кое-что для них.
Озадаченная, я посмотрела, как он скользнул пальцами в карман рубашки и вытащил два
маленьких предмета. Кольца – блестящие пластиковые копии моего на пальце. Они были
мерцающим и безвкусными, но зверьки стали извиваться от восторга, когда Ной их им
протянул.
– Для вас, – объявила им. – Что-то свое сверкающее.
Они протянули крошечные лапки, захватив по одному, как величайшее сокровище в мире.
Потом, счастливые, нырнули обратно в карман, а я посмотрела на Ноя.
– Похоже, что мы семья.
Он улыбнулся и наклонился достаточно близко, чтобы поцеловать мои губы.
– Мы и были.