Фарис смерил меня холодным взглядом. Чувство юмора у него явно отсутствовало.
— Я прослежу, чтобы она понесла наказание за своё нахальство, мой лорд, — пообещал ему полковник Файрсвифт.
Взгляд Фариса ненадолго метнулся ко мне.
— Нет, полковник. Она нужна мне в целостности. Мне нужно, чтобы вы двое победили в этой игре.
— Боги находятся на грани гражданской войны, а вам есть дело только до победы в дурацкой игре? — ахнула я.
Фарис смерил меня таким взглядом, будто я была букашкой, которая без приглашения забралась в комнату.
— Мы не на грани гражданской войны. Мы бессчётное количество раз проходили через подобное. Секреты выплывают наружу. Одни боги злятся, другие аплодируют. Союзы смещаются. Затем дым развеивается, и мы возвращаемся к обычному положению лет. За столько тысячелетий невольно накапливаешь немало скелетов в шкафу.
Я моргнула. Его холодное безразличие подстрекало моё удивление.
— И сколько же у вас припрятано скелетов?
Он ощетинился.
— Не подобает задавать такой вопрос богу.
— Если бы все только и делали, что задавали подобающие вопросы, мы бы так вообще никуда не ушли. Мы бы никогда не выросли. Мы бы никогда не эволюционировали.
— Вы уверены, что не хотите, чтобы я её наказал, мой лорд? — спросил полковник Файрсвифт. — Я бы с удовольствием сделал это.
Вот уж в чем я не сомневалась.
Фарис, кажется, задумался на мгновение.
— Нет, не причиняй ей вреда. Ваша команда обязана победить, — повторил он. — Когда всё это сказано и сделано, я действительно хочу победить в пари с Ронаном. Последствия проигрыша были бы отвратительными.
Он сказал это так, словно критиковал еду в каком-то первоклассном ресторане, и по его мнению, она оставляла желать лучшего.
— А теперь поешьте и отдохните перед завтрашним испытанием, — приказал нам Фарис.
Полковник Файрсвифт поклонился Фарису, пока бог уходил. Когда мы с полковником опять остались одни, он перевёл на меня суровый взгляд.
— Убивать товарища по команде — это против правил, — напомнила я ему, закидывая в рот виноградинку.
В синих глазах полковника Файрсвифта сверкнуло серебро.
— Я не нахожу твои дерзкие замечания весёлыми.
— Забавно, — я сверкнула улыбочкой. — Большинство людей считают их очаровательными.
— Фарис тоже не посчитал их весёлыми, — продолжил полковник Файрсвифт, словно я не сказала ни слова.
— Ну, у Фариса характер боевого топора.
Полковник Файрсвифт буквально кипел.
— Ой, да не переживайте вы так, полковник. Фарис посчитал бы это заявление комплиментом. И вы тоже, — я зевнула. — А теперь, уж простите. Мне пора баиньки.
Он схватил меня за руку, когда я повернулась к дивану.