Апогеем заново открывшихся эмоций стали горькие слёзы обиды. Ведь он ушёл и не пожалел. Обрушил дамбу, заставив плескаться в эмоциональном бассейне. В одиночку. Без него.
В общем, сам того не зная, Ник спас меня от беззаботной овощной жизни.
***
За неделю я пережила всё то, чего лишила себя на долгие месяцы.
Мне пришлось простить себя (частично, до полного прощения я не смогла дойти), осознать, что жизнь продолжается, перестать жалеть себя (один из самых трудных моментов), излить душу лорду Гонрину и пережить всплеск магии. Да, эта гадская магия не захотела сидеть взаперти. Как только я дала слабину и отпустила незримые тормоза, моё тело аж заискрилось. Волосы полыхнули, а кабинет лорда Гонрина сгорел едва ли не под чистую. Вместе с крылом, в котором он находился. Сам целитель остался без бровей, но под впечатлением.
— Мне говорили, что ты сильная ведьма, но не думал, что настолько, — обескураженно сказал он. — Придётся тебе начать тренировки по усмирению дара, пока твои эмоции нестабильны. Одна ты не справишься, поэтому я буду вынужден просить кого-нибудь помочь. — Мягко говоря, в восторг от этого я не пришла. Не хватало ещё, чтобы кто-то указывал мне, как обращаться с собственным даром. Но лорда Гонрина заботило лишь моё душевное здоровье, но никак не проснувшаяся гордость. — Кстати, а почему я жив-то остался? — ни капли не переживая по этому поводу, спросил он. К:н:и:г:о:е:д.нет
— Наубивала уже, — буркнула я. — Хватит.
Лорд Гонрин смутился. Такой древний, а порозовел как девочка.
— Извини, — неловко кашлянул он. — Нетактичный вопрос с моей стороны.
С тех пор мне пришлось заниматься с учителем. И не с каким-то простым преподом из универа, и даже не с крутым императорским воином. А с правителем Песчаных демонов.
Ашх Нишрах был суров, строг и поблажек не давал. Учил прицельно направлять огонь, сдерживать его, гасить чужой. Чувствовала себя фокусником. То создай огненную ленту, то потуши горящее дерево, то воссоздай цветок из огня. Или сразись на огненных мечах с учителем, а если выиграешь, то получишь свободный вечер. Нет — значит пахай дальше, неумёха. Видимо мироздание решило, что жалости я уже хватила по полной, теперь впереди только хардкор и демон в няньках.
К возвращению Ника я превратилась в живое существо. Конечно, в моём эмоциональном спектре по-прежнему преобладали грусть, сожаление, иногда — злость, но теперь я разговаривала с людьми и кагарами. Смотрела им в глаза. Принимала и отвечала на объятия. И скучала.
Вскоре вернулся Ник. Я боялась и переживала, страшилась и жаждала встречи с ним. Мне не пришлось разыскивать его — он пришёл сам, как раз под конец занятий с ашх Нишрахом. Тот кивнул другу и тактично удалился, оставив нас наедине.