Гига рассказывал долго и с упоением, как настоящий фанат своего дела. Я внимательно слушала, спрашивала, как студентка на лекции, – надо запомнить побольше, бабушке будет приятно. Правда, отчего-то Гиге это тоже казалось приятным, и в глазах его появился непонятный блеск. Потом мой экскурсовод шмыгнул носом. Ах, это он замёрз!
– Заберите пиджак! – потребовала я. – Вы простудитесь!
– Ни за что! Я мужчина!
– Любой мужчина тоже может простудиться.
– Любой мужчина может. Я – нет, – с лёгким возмущением сверкнули глаза красавца.
Ох, все люди, как люди, а тут одни джигиты… Я осмотрелась, в голову пришла мысль.
– Знаете, Гига, когда Атоса из «Трёх мушкетёров» забаррикадировали в погребе в Амьянс, он от скуки выпил за две недели сто пятьдесят бутылок вина. И не замёрз, а там было сыро. Бабушка же не обидится, если мы откупорим одну бутылку вина?
– Прекрасная мысль! – воскликнул Гига. – Но нам нечем открывать. Поэтому у меня есть идея получше! Сейчас май – как раз время открывать квеври! И мы откроем. Самое маленькое – на двадцать литров.
– А чем зачёрпывать?
Не будем же мы лакать его как из миски… – подумала я, но вслух не сказала.
Гига мотнул головой в край зала:
– Для этого есть специальное приспособление. – И в две секунды принёс оттуда нечто, похожее на громадный половник.
Гига наклонился над одной из каменных крышек, напряжённые мышцы атлета вздулись под рубашкой. Он проделал какие-то манипуляции, помог ногой и крышка сдвинулась с мёртвой точки.
Ещё немного, и мы вдвоём нависли над огромным горлышком врытого в землю квеври. Из подземного кувшина запахло терпко и густо – так, что у меня сразу голова закружилась. Боже, но я ведь не пью! Хотя что делать…
Гига зачерпнул и протянул мне половник.
– Мы с вами не успели ещё монастырь Давид-Гореджи посмотреть. Зато будем первыми, кто попробовал вино в этом году! Это очень, очень хороший знак, почти священный! Ведёт к большой удаче и к… любви.
Запах пьянил, тёмная жидкость завораживала, холод пронизывал до косточек.
– Главное, не перепить господина Атоса, – вздохнула я и отхлебнула из половника терпкого, вкусного вина с хорошей кислинкой, моя голова закружилась ещё сильнее, и вдруг я недоуменно взглянула на Гигу. – Погодите, вы только что флиртовали со мной?
– Как и все последние дни, – улыбнулся Гига. – Спасибо, что заметили.
Мы мчались по трассе, выходящей из Тбилиси, с крейсерской скоростью ишака.
– Прости, дорогой, – разводил руками Тамаз, – видишь, пробки? Откуда? Почему-у? Сам удивляюсь!
Вокруг ползли, кряхтя и фыркая, большегрузы, теснились легковушки, потели автобусы.