Как же я ошибался. Если бы знал, что все покатится по наклонной…
Вторник. Я не знал, как вести себя с ней. Не был готов к ней, хотя и искал встречи много лет. Ожидалось, что она вспомнит обо мне и сама захочет быть рядом. Не знаю, чего я представлял, но точно, не того, что она сбежит и затаится, не захочет идти мне навстречу. Одна ее выходка со спасательной капсулой чего стоила? Да я ведь чуть не убил весь экипаж, когда рванул следом. А потом решил, что ее уже нет и весь мир для меня померк. Когда она вошла в изолятор я хотел… Она творила со мной немыслимые вещи: сводила с ума, заставляла трястись от черной ярости и немыслимой похоти. Даже просто находиться с ней рядом уже было для меня испытанием. Вторник пытала меня своим голосом, запахом кожи.
Ви не шла мне навстречу. Она не помнила. Я сходил с ума, ненавидел ее и желал, как никого в своей жизни. Как она могла дышать, когда я сам захлебывался болью?
И когда мне казалось, что все решено и она наконец стала моей окончательно — долбанный, почти легендарный Вторник поступила по-своему. Она меня бросила. Она от меня ушла. Смогла улететь прочь и жить без меня.
Что ж, она выбрала свой путь и разбудила во мне хищника. Если раньше я всего лишь искал ее, то теперь иду по следу. Пусть не надеется скрыться. Найду. И не отпущу никуда.
Мне удалось запихнуть свою неудачливую пленительницу в отсек для мусора. Она не затыкалась и приказывала отпустить ее. Видимо, никак не могла поверить, что не является моей хозяйкой. И как в ее глупой голове возникла такая нелепая мысль? Вроде хитрая бестия, раз смогла организовать похищение и продажу своих же клиентов на станции. А приперлась ко мне без серьезной поддержки, уверенная, что сможет мной управлять.
Изловчившись, Жоли толкнула меня от себя и попыталась проскочить мимо к выходу. Я уже пришла в себя и вполне могла позволить себе ударить ее посильнее. Что я и сделала. И плевать, что это отозвалось болью во всем теле. Потомок долбанного владельца. Я бы вполне могла убить ее сейчас. Может, меня бы вывернуло после этого, поломало знатно, но жива бы осталась, это точно.
Не знаю, что со мной сделали в той капсуле, какую настройку сбили в подсознании, но я и впрямь ощущала себя принадлежащей кому-то. Жутко и гадко сделалось на душе.
— Куда собралась? — я не позволила Жоли сбежать и прикрыла дверь, чтобы нас не слышали снаружи.
— Давай договоримся, — женщина наконец осознала, как сильно влипла. — Меня будут искать…
— Кто? — я играла ручкой, которой успела поцарапать ее кожу. На острие пера виднелась капелька крови. Но главное оружие — пульсар был под рукой.