— Что ты делаешь? — шепчу, не открывая глаз.
— Так быстрей согреешься, я горячий, — шепчет он в ответ.
Чувствую себя маленькой девочкой. Точно так же мама держала меня на руках, когда я не могла заснуть от болей в животе. Она укачивала меня, гладила по волосам. Так делает сейчас Артем. Голова раскалывается, мне так плохо, что я даже соображать не могу. Позволять Серебрякову держать меня на руках — верх глупости, но сейчас я беспомощна.
— Что это было? Лекарство? Гадость какая, — со словами с губ слетают жалостливые стоны.
Хриплый смех Артема даже в таком состоянии задевает во мне какие-то потайные нотки.
— Не бойся, утром как огурчик будешь, — продолжая меня укачивать, произносит он. — Хорошее средство. Мой док им когда-то поднял на ноги меня за одни сутки. Перед боем искупался в озере при минус пятнадцати в декабре. Утром проснулся, говорить не могу. Температура под сорок. На завтра — бой с чемпионом. Два раза выпил этой гадости, наутро огурцом был. Выиграл пояс, всех нахрен послал, — я слышу улыбку в его голосе и к удивлению забываю о том, что мне плохо.
— Чего ж ты купаться-то полез зимой? — шепчу.
— С другом поспорили. В компании. Перед девчонками стремно было пасовать.
— Выпендрежник, — смеюсь, сжимая виски.
Мы сидим так долго. Мне немножко лучше. Больше не знобит. Убаюканная запахом его парфюма, засыпаю. Чувствую, как он перекладывает меня на кровать. А потом, раскрыв, стягивает с меня футболку.
— Что ты делаешь? — схватив его руку, не даю снять одежду. Артем замирает. Смотрит на меня.
— Тише, тебя нужно переодеть. Мокрая вся.
Я отпускаю его, и он, приподняв меня в сидячее положение, снимает мокрую одежду. Остаюсь в одном бюстгальтере. От охватившего волнения тут же теряю последние крохи сна. Всматриваюсь в его лицо, но сейчас в нем нет ничего, кроме сосредоточенности. Ни капли привычных с его стороны намеков на секс. Артем надевает на меня чистую футболку и, поменяв подушку, укладывает обратно.
— Умница. Отдыхай, — укрывает одеялом.
— Артем… — зову. Я хочу сказать ему спасибо. Но он не дает мне сделать этого. Перебивает.
— Спи, я не уйду никуда, — Серебряков устраивается рядышком, за моей спиной. — Думаешь, упущу момент провести с тобой время в одной постели? Я же говорил, у меня с выдержкой насчет тебя туго, — ухмыляется он, прижимая меня к своей груди.
Я лежу с закрытыми глазами, балансируя между сном и реальностью. Чувствую его присутствие рядом, его дыхание на своей коже. Его аромат заполняет мои легкие, работая лучшим успокоительным. Удивительно, но рядом с ним сейчас мне абсолютно спокойно.