Вот старик Лама – он же был моим Гуру у Зеркала Правды, разве нет? Да. Так к нему надо тоже относиться как к Небожителю что ли? Но он всё время ворчит, разговаривает сам с собой и иногда портит воздух, что очень неприятно в закрытых помещениях… Как примирить это с его небожительским рангом?
Подумав и расстроившись немного, я решил расспросить об этом благословенного Римпоче. Он не откажет мне и развеет мои сомнения, как только Он один это может.
Ещё один вопрос мучил меня. Надо относиться к ним как к Небожителям – это потому, что они Небожители и есть? А как они живут на Небесах? Или они не Небожители, то тогда почему надо к ним так относиться? Зачем это нужно? Это нужно мне или им? Если им, то понятно, я был бы тоже не против, чтобы соседские мальчишки ко мне так относились: уважение есть уважение.
Но если это нужно мне, то зачем?
Шёл первый день моего обучения, а вопросов было уже больше, чем до этого. Ух, и достанется мне от Гуру…
Вечер тихо опустился на долину длинными синими тенями гор. Тишина вечера изредка прерывалась собачьим лаем, да стрекот кузнечиков наполнял собою город. Отдыхая от зноя дня, город готовился отойти ко сну. Но я терпеливо ждал Учителя, продолжая размышлять над небожительским происхождением всех Учителей. Я пытался представить себе, как это – быть Небожителем. Вот мой Гуру – он явно Небожитель, я в этом не сомневался ни капли. Но как он на этих Небесах живёт? Когда? Во сне? Но я же должен относиться к нему как к Небожителю не когда Он спит, а днём. Но днём Он больше похож на человека. А вообще, чем Небожитель отличается от человека?
Я услышал, как дверь отворилась. Нет, это не Гуру – принесли горячую воду в кувшине с толстыми стенками, чтобы она быстро не остыла. Горшок был укутан в толстую шерстяную ткань. Значит, Гуру в монастыре и скоро будет. Так и произошло. Через полчаса Он пришёл и сразу же стал раздеваться для умывания. Я помогал ему, поливал воду на шею и руки, наблюдая за точными и неторопливыми движениями. Когда Он надел домашнюю рубаху и сел пить наваристый душистый чай, я сел у входа и, поклонившись, начал:
- Благословенный Римпоче, сегодня был первый день моего ученичества в монастыре. Могу ли я говорить о нём?
Гуру выглядел уставшим, но молча кивнул в знак согласия. Я был немного взволнован и, чтобы успокоиться, глубоко вздохнул:
- Я начал обучение три недели спустя после начала занятий… Простите меня за мои вопросы, они вызваны моим незнанием. Наверное, если бы я обучался с первого дня, не было бы и половины их.
Я поклонился, прижав руку к сердцу.