Естественно, я не лежала в кровати голая, на мне была ночная сорочка — шёлковая, простого кроя и длинная, до самых щиколоток. Не похоже на больничную одежду, ну да ладно. Однако даже в этой бесформенной хламиде я не могла не заметить две вещи: во-первых, у меня отсутствовала грудь. То есть совсем. Вообще.
От осознания этого меня затошнило.
И, словно этого было мало, между ног присутствовало то, чего у женщины быть не может. И я сейчас чувствовала… это… очень хорошо. Ещё бы, оно было напряжённым и от моего внимания пар раз дёрнулось.
Я уже давно большая девочка и знаю, как выглядит мужской член, но… (тут должна быть цензура, так что я написанное затру…) Короче, у меня?!
Это открытие повергло в меня такой мощный шок, что я не слышала, как вернулся Хриплый, да не один, а с целой свитой. Кто-то звучно объявил: “Император приближается!” Все бухнулись на пол лбом в циновки, а я, прижимая руками сквозь ткань… это… выдохнула:
— Зеркало! Дайте мне зеркало!
Вроде бы все продолжили сидеть на коленях, но зеркало передо мной появилось, как будто по волшебству. Маленькое, круглое и бронзовое (то есть вообще без стекла). Много я бы в нём не рассмотрела, но мне хватило. Потому что отражалась там не я. Если честно (и это пугало), я бы не сказала, как настоящая я должна выглядеть. Но точно не так! В зеркале отразился некто неопределённого пола и азиатской наружности. Осунувшийся, больной, но, чёрт возьми, это была не я!
Пока я смотрела, до меня постепенно стало доходить, что когда обращались к принцу, Мягкий с Хриплым наверняка имели в виду это вот, в зеркале. Но как я?.. Почему?!
В общем, я пребывала в шоке, а император тем временем явился. Мне было совершенно не до него, но если я имела какие-то ожидания от того, как Его Величество должен появиться, то он все их разрушил. Император в комнату влетел — как ураган, с развевающимися шёлковыми одеждами, целый ворох. Этакое грозовое облако. И — молнией — звенящее сооружение на голове. Дребезжало оно отчаянно, контрастируя с императорской довольной физиономией — настолько это было неожиданно, что я уставилась на него во все глаза.
Император ещё с коридора начал:
— Ичи! Ты проснулся! Наконец-то!
У меня сразу мелькнула мысль, что этот, в зеркале, ещё и умственно-отсталый… наверное.
А потом император влетел в мою комнату, на полном ходу врезался в меня (точнее, рухнул сверху) и воскликнул:
— Папа волновался!
И от души прижал к себе, так, что у меня, кажется, рёбра хрустнули.
— Па-па? — сумела прохрипеть я. Или принц. Или я в теле принца.
Да нет, всё-таки это бред. Но не может же такое быть по-настоящему!