— Изотий и Тароль, короля не считаем, — пожал плечами Фагар. — Остальные должны действовать вдвоем или втроем, иначе не хватит сил. Но варианты имеются. Думаю, завтра к вечеру тебе есть смысл пригласить кое-кого на ужин. Тебе в помощи никто не откажет, лучшего командира у нас не было, а я поразмыслю над списком приглашенных. Знать бы хоть что-то про духа, было бы понятнее, кого именно позвать. Когда придет Леката, расспросим ее с пристрастием. Может, вспомнит что-то, прольет свет.
— Может, — Максис потёр подбородок. Как же хотелось помочь женушке! Не просто так, чтобы потом сполна насладиться своей ненаглядной, сладкой нежной апельсинкой.
Постучался слуга и, сообщив, что госпоже нездоровится и она не придет, удалился. Максис вздохнул и покачал головой.
— Вы поссорились? — деловито поинтересовался Фагар.
— И это тоже, — ухмыльнулся наместник. — Но плохое самочувствие вполне может быть правдой. Утром Леката упала с вышки и у нее случился выкидыш. Ещё когда мы завтракали, ребенок был, а потом его не стало….
Замолчал, успокаиваясь. На душе будто старые раны разболелись: тупая ноющая безнадежная мука. И никуда не деться. Он ведь слышал про стены, но отчего-то не остановил Лекату, не отговорил. Хотя мог.
Фагар встал из-за стола и осторожно коснулся его плеча, отвлекая от невеселых мыслей.
— Дело плохо, Макс, — он перешёл на шепот. — Ребенок — это вторая жертва. Ещё чуть-чуть, и дух сможет открыть врата.
Максис выругался. Посмотрел на приятеля.
— Ты говорил с Изотием? Про Русовуса… Успел?
— Да, — Фагар снял очки и собрал бумаги в стопку. Придавил книгой, чтобы не разлетелись. — Он обещал поговорить с отцом, как только тот пожелает встреться. Ты же знаешь, у них все еще сложнее, чем у разведенных супругов.
Максис кивнул и грустно усмехнулся.
— Приведи мне хоть кого-нибудь, а я найду Лекату, — тяжело вздохнул и перешел на шепот: — Хорошо бы еще живой.
Фагар послушно исчез в трещине в пространстве, а Максис зажег огоньки и помчался в гостевой дом. В голове мелькала только одна мысль: надо успеть до того, как дух откроет врата. После тоже придется похлопотать, приложить усилия, но для Лекаты, выбранного для ритуала сосуда, все они будут бесполезны. Дух убьет ее в момент открытия. Максис не замечал ничего вокруг: ни темноты, ни ветра, ни моросящего ночного дождя, он бежал к своей пахнущей апельсинами женушке, чтобы оградить ее хотя бы от того, от чего умел.
В спальне супруги не оказалось. Максис выругался вполголоса на оставшиеся от сборов следы и направился к Карлину: чем бездна не шутит, вдруг она пошла к наставнику. Постучался громко и бесцеремонно, архитектор встает рано, если Леката не у него, то старик вполне мог отойти ко сну.