- Ну, Анют, как там Прага наша? – наконец дедушка открыл тему, и отступать было уже некуда. – Как съездила?
Я молча поставила левую руку локтем на стол – так, чтобы все видели. Повисла неловкая тишина.
- Симпатичное колечко, - одобрила бабушка, которая была не в курсе. Впрочем, кроме мамы, никто не был. Ну, может, еще папа, если она ему сказала.
Мама спряталась за двойной фейспалм: мы с ней часто перенимали друг у друга слова и жесты.
- Я выхожу замуж.
Тишина стала еще более оглушительной, и даже бубнящему телевизору не удавалось с ней справиться.
- В Прагу? – с ужасом спросила бабушка, и я молча кивнула. И подумала, что, наверно, лучше было бы отложить свое объявление немного, потому что, кажется, испортила всем праздник. Вряд ли кто-то – кроме мамы, конечно, сильно обрадовался. Впрочем, и мама тоже фифти-фифти. Кто вообще обрадуется, узнав, что его ребенок уезжает за тридевять земель.
- Он кто, чех? – Марина подергала меня за рукав. – А чего ты его с собой не привезла?
Хороший вопрос, тетенька. И что я, интересно, должна ответить? Если бы привезла, думаю, шок был бы еще больше.
- И давно ты его знаешь? – это уже папа. - Как зовут?
- Да, чех. Алеш. Давно.
Ну а что, разве не давно?
- А он кто?
- По профессии? Ювелир.
- Ух ты! – Марина даже вилку уронила. – А колечко сам?
- Сам.
- А лет ему сколько?
- Тридцать пять.
Так, следующий вопрос подвис, но очевиден. Если мужик в тридцать пять еще не был женат, это подозрительно. Разведен? Дети есть? Ладно, лучше бы, конечно, это стороной обойти, по крайней мере, сейчас. Но ведь не получится же, все равно спросите. Лучше сама.
- Вдовец. Дочери семь лет.
- Ты с ума сошла, Анька? – после паузы осторожно поинтересовалась бабушка. – Ты хорошо подумала?
- Действительно, - поддержал папа. – Тебе своего давно пора родить, а тут…
- Ну хватит, - мама резко взмахнула рукой, задела бокал, вино выплеснулось на скатерть. – Оставьте ее в покое, взрослая баба уже, сама разберется. Вместо того чтобы поздравить и порадоваться, вы тут ей допрос устроили. И вообще…
Она встала, взяла бокал и подошла ко мне, обогнув стол. Обняла, поцеловала.
- Поздравляю, Щеночек! Пусть все будет хорошо. Давай! – она звонко чокнулась с моим бокалом, стоящим на столе. - Na zdraví!
Тут все остальные тоже загомонили и потянулись ко мне с бокалами и рюмками.
- И правда, - сказал дедушка. – В Прагу же, не в Китай. Она там родилась, там, наверно, и помрет.
- Типун тебе на язык! – возмутилась бабушка.
- А что, ты думала, она будет вечно жить? Кстати, подарки-то? – спохватился он, посмотрев на часы. – Одиннадцать уже. Где Новый год? В Саратове.