Медведев сделал шаг ко мне и выдал:
— Пленница? — сделал паузу, о чем-то размышляя, а потом лениво поинтересовался: — Не хочешь пожелать удачи и попросить возвращаться быстрее своему похитителю, который пытается помочь спасти тех, кто тебе дорог?
Замялась, чувствую вину, ругая себя, что сказала импульсивно. Наблюдая его агрессивность и свирепое выражение лица, еле слышно выдохнула:
— Удачи.
— И все? Я считал, что пленницы более покладисты.
— Но я же не пленница, а должница, — исправилась, надеясь, что он УСЛЫШИТ мои слова.
— Да? Точно? Не пленница? Если так, то уверен, должница хочет пожелать мне прийти поскорее.
Не знала, что ему было нужно, и боялась предполагать, как и в принципе подходить к нему, отмечая, что он зол.
— Подойди, — резко приказал мужчина.
Ноги не слушались, но я заставила себя. Кое-как дошла, и выдохнула то, что он хотел услышать:
— Приходи… скорее.
— Любимая, что-то ты совсем не умеешь притворяться, — гневно выдал Медведев, дергая на себя, отчего влетела в огромное тело, упираясь руками в мощную грудь, состоящую из одних мускулов. Какой же он большой.
— А нужно? — просипела, чувствуя, как его ладони легли на спину и медленно опустились на бедра. Он не водил, а ставил метки, отчего задрожала, проклиная себя за слабость.
Мужчина наклонился к уху и сказал:
— Прикоснись ко мне… сама… сейчас, чтобы я почувствовал.
Осознавая, что это опасная игра для меня, да и для него, если судить по напряженным широким плечам, я с ужасом посмотрела в горящие глаза и выдохнула:
— Олег…
— Чего ждешь? — ледяным тоном поинтересовался, хрипло выдыхая: — Прикоснись… ко мне.
Ладони медленно пошли вверх и остановились на середине рубашки. Расстегнула три пуговицы и просунула ладошку, слыша скрип его зубов и утробное рычание, рвущееся из груди. Мужчина посмотрел на меня и хрипло выдал:
— Веди вниз.
— Олег, — в панике выдохнула, опасаясь выполнять его пожелание.
— Ира…
Медленно повела вниз, пока не уперлась в его брюки. Понимая, что он ждет, я осторожно расстегнула ремень. Сглотнула слюну в пересохшем горле и пролезла за резинку боксеров, пальцами ощущая курчавые волосы и эрегированный член. Стыдно было смотреть ему в глаза, поэтому я закрыла веки и уткнулась ему в грудь, сжимая горячий ствол ладонью, чувствуя, какой он большой и твердый.
Мужчина прикоснулся губами к моей шее, обдавая горячим воздухом, и спросил:
— Скажи мне, что ты чувствуешь сейчас?
Не могла ответить, эмоции душили с невероятной силой. Продолжая сжимать или поглаживать, я пролепетала:
— Неважно.
Мужчина усмехнулся, будто другого не ждал от меня. А в следующее мгновение он обнял за талию, притягивая ближе, а второй рукой открыл ширинку брюк и ввел палец во влажное лоно, совсем не церемонясь, желая знать ответ на свой вопрос, раз я не ответила.