Я закрыла глаза и открыла, когда поняла, что меня поднимают и несут. Посмотрела на сжатые губы, каменное лицо и выдохнула:
— Олег, я… не могла идти… Не могла…
Он прижал сильнее и, ничего не сказав, понес в сторону гостиницы. Было так мерзко и плохо, что прислонилась к груди и старалась сдержать себя, но слезы текли по щекам.
Я не помню, как мы дошли до своего номера, как поднимались, очнулась на постели, когда он нежно поглаживал по спине, прижимая к себе. Всхлипнула и разревелась, давая волю чувствам, отходя от шока, выкидывая из себя все, что накопилось. Выла, хрипела ему в футболку, пока сил совсем не осталось.
Ничего не осталось. Я словно очистила себя от всего. И стало… легче.
Олег поднял подбородок и спокойно, что ему давалось тяжело, спросил:
— Зачем ты пошла в аптеку?
— Я… — посмотрела на свои руки, по сторонам, и с волнением прошептала: — Моя сумка… Она…
— Твоя сумка на полке. Я поднял ее с дороги. Так зачем?
— За прокладками, — прошептала, чувствуя себя идиоткой. — Не хотела тебя будить. Поэтому пошла одна, а там двое парней побежали за мной. Горел зеленый свет, и я побежала, пока не услышала пронзительные сигналы, и не увидела машины.
— Ир, ты побежала, когда осталось две секунды. Я тебе кричал.
— Я не видела и не слышала, — прошептала, чувствуя вину, отворачиваясь, но мужчина сильнее сжал подбородок и отчеканил:
— Никогда, слышишь, никогда больше так не делай! Нужно было разбудить и мы бы решили эту проблему. А не так… Не так! Да я поставил на уши всю гостиницу, а ты… Черт, ты хоть понимаешь, что чуть сама не погибла и не сломала жизнь водителю?
Молчала. Что тут еще скажешь, когда виновата? Страшно представить, что случилось бы, если Олег не спас.
— Я… не очень себя хорошо чувствую. Хотела как лучше.
— Лучше? Ты хотела как лучше? А что, по-твоему, я должен был думать, когда ты сорвалась в пять утра? Подумать, что она за тампонами побежала? — повышая тон, рявкнул он. — Черт, я чуть с ума не сошел, а она… хотела как лучше.
Чувствуя, что слезы опять накатывают, еле слышно пролепетала:
— Прости.
Он резко прижал к себе, и так мы и сидели, пока не услышала:
— Раздевайся, делай, что там тебе необходимо, и спать. Пока не придешь в норму, никуда не поедем. И буду закрывать тебя на ключ в номере, раз ты убегаешь.
Не стала ничего говорить, видела, что он на пределе. Поднялась и попыталась снять джинсы, но сил не было. Поэтому, когда почувствовала сильные руки на своих бедрах, только с облегчением выдохнула. Оставшись в белой футболке, взяла сумочку и пошла в ванную комнату, чувствуя, что еще немного и упаду.