Я чувствую, как дрожь пробегает по спине от странных мыслей, поэтому даже смеюсь над собой. Но смех какой-то странный, но я все равно чувствую себя намного лучше. Такое впечатление, что этот дом издевается надо мной. Качаю головой, разворачиваюсь, возвращаясь в постель. Первым делом хватаю халат со стула в углу и натягиваю его на себя. Шелковый, короткий, очень тонкий, почти бесполезный от холода.
Вернувшись в постель, я ловлю себя на мысли, что в ванной комнате было теплее. Открыв дверь в ванную, я почувствовала исходящее тепло. Мне кажется, что я случайно выключила отопление у себя в спальне, поэтому снова встаю и иду к батарее. Температура стоит правильная, я нерешительно протягиваю руку к ней. Думая, что она будет горячим, доказывая, что эта комната действительно населена призраками и призрак сумасшедшей старой тетушки заставляет температуру в комнате резко падать. Конечно, нет. Батарея совершенно холодная. Я качаю головой от своих странных мыслей о призраках и снова возвращаюсь в кровать, мысленно делая пометку утром сказать Алексу о батареи, чтобы кто-нибудь проверил ее.
Сажусь на кровать, тянусь за пуховым одеялом. Я уже ухватилась за него, когда слышу женский голос из ванной. Голос произносит мое имя ясно, как день.
— Синди-и-ии, — снова слышу я, и тянущий звук «и» на конце, пока он не становится шепотом, потом затихает.
Я замираю, широко раскрыв глаза и, в ужасе глядя прямо перед собой. Чувствую, как волосы встают дыбом у меня на затылке. Это определенно не трубы, и ничто уже не убедит меня в обратном.
— Синди-и-иииииии.
Я вскакиваю на ноги, бегу через всю комнату, как будто за мной гонятся все гончие ада, и с грохотом открываю дверь, соединяющую мою комнату с комнатой Алекса, влетев к нему, мгновенно отметив про себя, что у него намного теплее.
Я ожидала застать Алекса спящем, мой план, состряпанный на бегу, состоял в том, чтобы пробраться к нему в гостиную и лечь спать на диван. Но я была неправа. Он сидит за маленьким столиком с кипой бумаг перед собой.
Поднимает голову, хмурится, очевидно, разозленный моим вторжением. Потом выражение его лица меняется, увидев ужас на моем лице. Он вскакивает на ноги, пересекает комнату. Хватает меня за руки.
— Синди? Что случилось? Что произошло? — повторяет он.
Я не могу вымолвить ни слова, просто молча качаю головой, понимая, что там, где касаются его руки, единственные места, которые начинают согреваться.
23. АЛЕКС
Выбрать Синди было глупой ошибкой.
Я понял это в тот момент, когда наши глаза встретились той ночью, но я не мог ничего с собой поделать. А теперь я сам загнал себя в такую яму, из которой, кажется, не смогу выбраться. Я почти не могу удержаться, чтобы не флиртовать с ней и не прикасаться к ней. Я знаю, что подаю ей смешанные сигналы, и это низко и подло, но я теряю контроль над своими собственными действиями. Впервые в жизни я делаю нечто против своей воли.